Иначе как объяснить, что из неё вышел мокрый летун с одним единственным белым полотенчиком, которое было небрежно повязано вокруг бедер.
«Лютики-цветочки…»
Теперь я понимала, что означает фраза – время остановилось.
Оно реально остановилось, сократилось, исчезло, сжавшись до размера маленькой комнаты.
Я видела только летуна.
Всего его целиком и каждую клеточку тела по отдельности. Начиная от макушки с влажными волосами, с кончиков которых падали капельки воды, стекая ручейками по накаченному телу с рельефными мышцами, обрисовывая каждый изгиб, до голых пяток.
- Иви… лин? – запинаясь пробормотал парень, а потом, словно опомнившись, резко добавил: - Что ты здесь делаешь?
Я с трудом заставила себя оторваться от влажных капелек на рельефной груди, которые так призывно блестели.
- Ты же сам разрешил мне войти, - пробормотала едва слышно.
А потом, опомнившись, резко отвернулась, встав к нему спиной.
- Я не виновата. Постучала. А ты сказал заходи! – как бы я ни старалась, но голос все равно дрожал.
О, как же горели щеки, как дрожали ноги и пересохло во рту.
Я смотрела на дверь, через которую вошла, а видела Иргара. В этом крохотном полотенчике, которое ничего особо не скрывало!
- Я думал это... неважно. Как ты попала сюда? Ты же целительница! И что тебе вообще от меня нужно?
Судя по звукам, летун пытался одеться.
«Стоп! Иви, об этом не стоит думать. И фантазировать тоже не стоит. О том, как полотенчико спадает вниз. Как ткань скользит по влажной коже… ой, мамочки!»
- Поговорить.
Мне нужно с тобой поговорить! – задрав голову вверх, ответила и глубоко вздохнула."
"Как же здесь жарко. Дышать просто нечем.
- О чем? – раздраженно спросил крылатый, шурша одеждой. – Мы же вроде все решили. По учебе вопросов нет. А по другому поводу мы с тобой не общаемся.
- Я хотела бы кое-что прояснить, - старательно изучая потолок, ответила я.
«Ну почему мне так не везёт? Почему моя импульсивность вечно доводит до такого? Почему я не включаю голову, а руководствуюсь лишь сиюминутными порывами?»
- Как ты сюда попала? – повторил Иргар свой вопрос.
- Меня пропустили.
- Кто?
- Ваш хранитель, - отозвалась я, поправляя воротник блузки.
Он стал жать и мешаться. Надо расстегнуть хотя бы одну пуговичку. Может тогда станет легче дышать.
- Но как? Ты же целительница.
«Повторяется!»
- Согласно правилам академии я имею право входить в любое помещение, в которое имеешь доступ ты. И наоборот. Правила надо учить.
- Знаю, - резко ответил тот.
