Мальчишки решили устроить Марку особенный прием. Тогда в классе присутствовала некоторая жестокость и особое отношение к новичкам. И сразу после урока они вызвали его из кабинета.
Тут-то и началась заварушка."
"— Ну, что малыш, — издевательски усмехнулся Кудрявцев, хлопнув мальчишку по спине ладошкой. Его прихвостни окружили Маркушу. Димка тоже стоял рядом и забавлялся. В те времена он еще дружил со Степкой. — Сейчас будем бить тебя.
И они все кинулись на Марка. А Марк… ой… даже рассказывать это так волнительно.
Как вспоминаю, сердце вздрагивает.
Марк всех их распихал, словно кегли, а он какой-то неотразимый супермен. Девчонки стояли в сторонке и восхищенно охали. Я, кстати, тоже.
Степка так офигел от произошедшего, что предложил ему устроить бой один на один.
— После школы, — твердо заявил Марк, холодно сверкая своими гипнотическими глазами. Он был уверен в себе.
— Где?
— У лесного озера.
— Идет, — согласился Кудрявцев.
После уроков мы всем классом отправились на лесное озеро, близ моего дома.
Это было так весело и интересно. И очень круто.
Мальчишки по очереди нападали на Маркушу, а он отбил каждого. Мы с девчонками аж завизжали от восторга.
Кудрявцев сначала стоял в сторонке, величественно глядя на бой, а потом, подошел и пожал Маркуше руку. Это означало, что мальчишки приняли его в свои ряды.
— Нечестно, — произнес Димка, и мы все повернулись к нему. — Вот если бы на льду… в хоккей…
— Согласен, — усмехнулся Маркуша.
Я так испугалась, ведь Димка давно занимается хоккеем, а Марк… О том, что он играл, и что его отец владеет ледовым дворцом узнали позже.
Так вот, вот после уроков мы шагаем в ледовый дворец. Я со своими красивыми косичками, и в школьной форме, с выглаженным воротничком. Уверенная и красивая. Печенье ему несу, завернутое в блестящую бумагу. И у меня новенькие белые гольфики, папа купил мне их, когда я начала ходить на танцы. Правда, было всего парочка уроков, но я так гордилась собой.
На льду, конечно, выиграл Марк. Это же его стихия.
Он там клюшкой махал, будто родился с ней. А Димка, после проигрыша, обиженно надулся, да так, что его аж перекосило, и что-то проворчал, о том, что это не конец. Он промчался мимо меня, толкнув с прохода так, что я свалилась на пол. Но главное — коробка печенья не пострадала.
Я встала и гордо протянула ее Марку, а он глянул на меня презрительно, приподняв брови и качнув головой, мол, чего тебе.
— Добро пожаловать, Маркуша, — выразительно громко произнесла я.
