— Странный он, — прокомментировала я поведение героя. — Давно бы признался ей, и тогда, возможно, все бы было по-другому."
"— Не всегда обстоятельства позволяют, Синичкина, — ответил Марк. — Иногда легче скрыть правду.
— Глупости, — отмахнулась я. — Нужно бороться за свою любовь. Признайся он раньше, возможно, она не вышла бы замуж. А теперь уже поздновато спохватился. И останется один… и дальше будет мучиться от своих чувств. Вероятно, он просто струсил.
Марк промолчал. Повисла тишина. Стало немного неловко.
Я вдруг поняла, что разговариваю о любви со своим давним врагом. И это странно.
А еще я поняла, что Марк сидит ко мне слишком близко. Его нога соприкасается с моей ногой. Его плечо касается моего плеча.
Не сразу ощутила из-за того, что одела триллион одежек.
Марк не отрываясь глядел на меня. Я почувствовала, что в моем профиле скоро прожжется дыра от его настойчивого взгляда.
Нервно поправила волосы и развернула еще одну шоколадную конфету. Глаза опустила в пол, щеки запекло. Закинула конфету в рот и нехотя прожевала.
Если честно, во рту уже было нестерпимо сладко, потому что я их уже около пяти схимичила. Но мне хотелось чем-то себя занять.
Самое главное — не смотреть в ответ. Потому что это странно. Потому что…
Мы — враги.
Я не должна быть здесь. Я не могу смущаться его вот ТАК. По-глупому.
По-девичьи.
Я обещала себе… дала слово. Я никогда не буду обращать внимание на Марка, как на привлекательного желанного парня. Для меня он зловредный Маркуша.
Несносный Ледяной Мальчишка.
И я его ненавижу.
И мне слишком жарко. Поэтому я сняла один из свитеров и кинула его на спинку дивана. Марк внимательно проследил за моим действием.
— Может, покажешь телескоп, как и обещал? — предложила я, сдувая непослушные пряди с лица. Правда, сдуваться они не планировали, прилипли к разгоряченной мокрой коже.
— Пойдем, — хрипловато отозвался Марк, аккуратно помогая мне убрать волосы. Настолько аккуратно и грациозно, что даже не коснулся меня на этот раз. Просто задел прядки пальцем и отбросил к остальным непослушным локонам.
Я всеми силами держалась, чтобы не посмотреть на него в этот момент. По-прежнему гипнотизировала полы.
Он поднялся и пошел вперед. Я замедленно последовала за ним.
Что вообще все это было?
Это сон?
Мы поднялись на третий этаж, зашли в его комнату.
Я осмотрелась. Помещение огромное, и здесь царит минимализм. Преобладают серые оттенки, окрашивающие стены и постельное белье на высокой широкой кровати.
