— Что? Ты не говорил, что это свидание, — протестующе сморщилась я, глядя, как красиво он кусает свои губы и сузив лазурные глаза, любуется легкой дымкой облаков.
— А что это?
В интонациях послышалась настороженность. Он будто испугался.
— Мы же просто прогуливаем пары, — засмеялась, пытаясь встать.
И почему мои щеки опять вспыхнули от смущения? Надо это прекращать.
Мне стало не понятно, что на меня нашло? Зачем я поехала к нему ночевать, зачем поддалась глупым девичьим эмоциям. Все показалось неправильным.
Но сердцу не прикажешь… от любви не спрячешься под одеялом…
— Черт, Синичкина, ты опять начинаешь сопротивляться, — Марк встал и в его голосе послышалась грубость.
— Тебе не надоело?
— Что? — сделала вид, что не понимаю.
— Противиться чувствам, — его глаза потемнели, он схватил меня за руку и больно сжал пальцы. — Вчера ты была совсем другой…
— Такой же, — со смешком покачала головой. — У меня нет никаких чувств, я не понимаю, о чем ты.
Но мы же договорились… наши признания остались там, в темноте…
— Я сказал, что жалею.
А ты сходишь с ума из-за ерунды.
— Из-за ерунды? — туманно повторила я, силясь вырвать пальцы из его захвата. — Перестань об этом. Вечереет. Нам пора.
— Не говори, что ты передумала…
— А?
— Я о нас.
— Нет… то есть да. Нет нас, — прикусила язык и прикрыла глаза. — Мне кажется, это ошибка…"
"Может быть, мама по-своему права? Я просто глупая девчонка и эта дверь для меня закрыта.
— Это из-за того, что я привел тебя сюда? Так? — его голос стал еще жестче. Он сомкнул челюсть, играя желваками.
— Неприятные воспоминания?
— Нет.
— Скажи честно.
— Честно, — вырвалась и побрела к кромке льда.
— Синичкина! Что за детский сад?! Потом же жалеть будешь!
— Переживу! — огрызнулась я. — Отдам тебе вещи завтра!
Я скинула коньки, надела ботинки и бросилась бежать домой, утопая в толстом слое снега, двигаясь наперекос, прямиком к прочищенной дороге. Слышала, что Марк что-то с надрывом кричал вслед, но не оборачивалась.
Прибежала впопыхах, забыв, что вылезла через окно и мне не стоит показываться матери.
Но я забежала домой, а там меня ждал сюрприз:
— Принцесса! — мать выскочила навстречу, доброжелательно раскинув руки. — Мы тебя заждались.
— А? — я шмыгнула замерзшим носом и двинулась на кухню, словно в тумане. И тут картина маслом:
Димка и его родители вместе с моим отцом, Аленушкой, Иркой и Олегом сидят за столом и угощается пиром на весь мир. Они что-то празднуют и веселятся. Стол ломится от приготовленных блюд.
