И указывать мне на мои промахи в основной работе вы не собираетесь.
— Может, все еще впереди?
— Я в недоумении. Что вы имеете в виду? — обеспокоился собеседник.
— Я хотела с вами поговорить.
— С такой умной и симпатичной девушкой? Да я всегда с удовольствием! — похоже, он просто издевался. — А можно узнать предмет нашего разговора? Или мы будем, как говорится, о вечном, о смысле жизни?
— О вечном, Павел Васильевич, — я специально выделила интонацией его отчество, — как-нибудь в другой раз. А сейчас хотелось бы об исчезновении Любы Кузнецовой.
На лице участкового появилось горькое разочарование.
— Вот умеете вы спустить человека с небес на землю…
Мне эта клоунада уже надоела, и я попеняла ему:"
"— Павел Васильевич, может, прекратите валять дурака?
— Может, и прекращу, — ответил он вполне нормальным тоном. — Если вы перестанете величать меня по отчеству.
— Давайте тогда взаимно. Я — Ольга.
— Ну а я Павел. Еще раз, приятно познакомиться! — участковый сел на лавочку, дождался, пока я устроюсь рядом, и продолжил: — Позвольте узнать, чем вас так заинтересовало столь давнее трагическое происшествие, что вы уже второй раз упоминаете о нем?
— Иными словами: какое мне вообще дело? — перевела я его слова.
— Примерно так, — согласился собеседник. — Чего вы к нему прицепились? У нас за десять лет много нехорошего произошло.
— Честно говоря, мне достаточно и одного этого. Так уж вышло, что мы с Игнатом оказались соседями.
— И что?
— И то, что я могла во всей красе наблюдать, какими милыми могут быть жители вашего замечательного города, когда ополчатся на кого-то.
— Это они могут, согласен, — кивнул собеседник. — И вы намерены предпринять какие-то шаги, чтобы изменить ситуацию, я правильно понял?
— Совершенно верно.
— Любопытно. И что требуется от меня?
— Я хотела узнать, остались ли после смерти вашего отца какие-нибудь записи о том деле. Он ведь принимал в нем участие.
— Это вам Игнат рассказал? — нахмурился участковый.
— Он, — не стала возражать я.
— Зачем вам записи моего отца?
— Я собираюсь провести что-то вроде небольшого частного расследования.
Поговорить с людьми, изучить информацию.
— Вы серьезно? — собеседник даже не пытался скрыть сарказм. — А людям это нужно? Думаете, они захотят с вами говорить?
— Возможно, захотят. Если узнают, что я — секретарь одной очень известной писательницы детективов. И собираю материал для ее новой книги.
— А вы, правда, секретарь? Чей, позвольте узнать?
— Ну давайте представим, что правда.
