Мой личный враг

 — Моя семья очень богата, и на протяжении нескольких последних столетий мы занимаем довольно… высокое положение. — Он улыбнулся, рассматривая Александру. — После смерти моего отца десять лет назад главой клана остался я. Мой отец был министром иностранных дел. Может быть, ты даже помнишь такую фамилию. Он вовсю встречался с Горбачевым, и мы даже принимали у себя его и его жену. Я старался не лезть в политику. Моя стихия предпринимательство. Когда-то я всерьез мечтал стать журналистом и даже работал в одной из газет, которую отец купил, когда вышел в отставку.

Он считал, что, если я хочу быть журналистом, значит, у меня должна быть собственная газета. Собственная в прямом смысле слова. Очень скоро я понял, что никаким журналистом я никогда не буду. Империя требовала и требует неусыпного контроля и наблюдения…

— Ты император? — спросила Александра, рассматривая лед в своем стакане. Она была уверена, что если случайно оторвет взгляд от стакана и посмотрит на Филиппа, то непременно упадет в обморок.

— В некотором роде, — сказал Филипп. — В нашей собственности нефтяные и алмазные прииски, отели, банки и даже один автомобильный завод. Да, еще газета, журнал и два телеканала. Не очень большие, но вполне приличные. Я приехал в Москву неофициально для того, чтобы спокойно изучить обстановку, понять, смогу ли я работать на русском рынке, заручиться поддержкой в правительственных кругах. То есть купить того, кто мне нужен, и потихоньку начинать внедрение, если я приду к выводу, что оно будет… продуктивным.

Я стараюсь всегда проверять выводы своих экспертов… Павлика я знаю давно. Действительно, он когда-то работал в Сорбонне. То, что его вынесло в теперешнее положение, очень мне помогло. Я обещал ему денег на очередные выборы, а он обещал мне очень выгодные контракты. Когда на лестнице тебя ранил тот придурок, Павлик быстро провел расследование и выяснил, что это попытка удалить из Москвы меня, а вовсе не прикончить тебя. Естественно, даже приехав неофициально, я многим мешал. Кому нужен французский денежный мешок, обещающий поддержку одной стороне и тем самым ослабляющий другую? По логике вещей, я должен был бы схватить тебя в охапку и улететь первым же рейсом. Недаром и ранили тебя так странно. Я должен был увезти тебя в Париж, лечить в лучших клиниках, устраивать к косметологам и так далее… Я ничего этого не сделал, остался в Москве, потому что мне обязательно нужно было выяснить, что именно ты скрываешь.