Мой личный враг

Мань, что там у вас в аптеке есть для психов? Давай вези, будем Потапову пользовать, так дальше жить невозможно. Ну что ты придумала, убогая? Ну куда тебя несет?!

— Ладка, не ори, — попросила Маша устало. У нее вообще был очень усталый и какой-то неряшливый вид, будто она целый день таскала мешки с углем. Александре она не нравилась. Об Иване по-прежнему не было ни слуху ни духу.

— Ори не ори — поезд ушел… — сказала Лада и, судя по артиллерийскому грохоту, швырнула на плиту чайник. Через секунду она появилась в дверях, сердитая и взъерошенная.

Уперев руки в боки, она двинулась к Александре, и та поняла, что пощады не будет."

"Лада не любила просто так расставаться со своим гневом. Ей обязательно нужны были жертвы и разрушения, сопровождавшие, как правило, ее ураганные эмоции.

— Нет, ты мне скажи, Санька, как это в голову тебе пришло — сватать за себя чужого мужика неизвестной науке национальности, да еще в кафешке возле метро? — подступая ближе, снова начала она. — Чего ты морду-то воротишь? Или я не понимаю ничего? Или я не твоя подруга жизни?

— Ты моя подруга жизни, — с готовностью подтвердила Александра.

 — Только не наступай на меня своим бюстом, я тебя умоляю. И какая разница, где я его сватала. Если б не возле метро, то это лучше или хуже?

— Пошла в задницу со своей журналистской демагогией!

— Лада!

— Мань, если ты не можешь слушать, выйди в коридор и постой там.

— Это моя идея — насчет Сашкиного замужества, поэтому в коридор я не пойду, — сказала Маша.

 — А если ты будешь непрерывно ругаться, мы тебе кляп вставим в одно место, и я даже знаю в какое.

Лада от возмущения потеряла дар речи.

Фыркнув, она повалилась в кресло, схватила со столика какой-то журнал трехмесячной давности и с мстительным видом начала его перелистывать.

— Ну, правда, Саш, расскажи, что за француз и почему ты за него замуж выходишь? — попросила Маша, закрывая глаза.

— Потому что ты мне велела, — буркнула Александра.

— Я велела вообще!

— Я и выхожу «вообще», — сказала Александра, с жалостью рассматривая похудевшее Машино личико.

 — Он журналист, приехал книгу, что ли, писать. На год. Я с ним договорилась, что на этот год он становится моим мужем. Живет у меня, за жилье не платит, я за ним ухаживаю, стираю, готовлю, убираю. Потом он уезжает обратно, а я к этому времени, имея замужний статус, уже нахожу работу. Вика про меня забывает, и Победоносцев… тоже…

— Замечательно, — похвалила Маша, не открывая глаз.