Неужели это Талиэн? Где я вообще нахожусь?"
"Юноша не ответил мне, но продолжал крепко держать в своих руках, и я, повинуясь какому-то интуитивному импульсу, выпустила из себя насыщенное облако позитивных эмоций: принятия, добра, искренности…
Рука, держащая нож, вздрогнула, но не более, однако я мгновенно уловила возникшее в воздухе изумление. ЕГО изумление. «Значит, он поддается!» — сделала я вывод и обрадовалась.
С этого момента я просто начала его атаковать. Собрала внутри себя свое искреннее расположение, интерес, добавила восхищения (он-то ведь действительно изумительный красавчик), побольше желания помочь — и накрыла его, словно колпаком.
Кстати, влиять на другую душу в таком месте можно только НАСТОЯЩИМИ эмоциями, потому что здесь невозможно солгать: фальшь сразу же остро ощущается, поэтому я была рада, что действительно отношусь к Талиэну хорошо.
Парень вздрогнул и начал отпускать меня. Рука с ножом опустилась, и я мгновенно получила свободу, чем тут же и воспользовалась.
Обернулась к нему и… замерла.
Это действительно был Талиэн — симпатичный, высокий, но… явно более молодой, чем в жизни, фактически подросток. Длинные волосы слегка всколочены, на теле почти нет одежды — так, какие-то неказистые шорты, но! На лице сильная растерянность, а тело — о ужас — испещрено таким количеством шрамов, что на нем просто нет живого места!
Кто сделал это с ним??? Это же уму не постижимо!
Мне стало его безумно жаль. Я видела перед собой фактически ребенка — загнанного, претерпевшего в жизни какие-то жуткие издевательства и море боли — и сердце мое потянулось к нему, как безумное.
Моя эмоциональность всегда была моей наибольшей слабостью. А может это, наоборот, моя сила? Не знаю…
Но я не могу противиться чувствам, если они захватывают меня целиком.
Я осторожно, но совершенно искренно потянулась к нему руками, а потом стремительно обняла его и прижалась лицом к его шрамированной груди.
Он пришел в полнейшее изумление, но мои чувства, отчётливо витавшие в воздухе, давали ему возможность видеть и ощущать все эмоции внутри меня.
Его тело неожиданно обмякло, словно он лишился сил, а потом руки обвились вокруг моей талии, а голова со взъерошенными волосами опустилась на мое плечо.
Я четко поняла: передо мной истинная душа Талиэна Мейзона, и она… подобна истерзанному раненому волчонку, который ненавидит этот жестокий мир…
— Кто ты? — прохрипел он не своим голосом, а я слегка улыбнулась.
