Лучше потерплю, ведь Инга когда-то да явится в зал, так? Она была серьезно настроена заниматься.
Потом прикидываю, сколько дней мне вот так ждать.
Очень скоро решаю — хрен с ним с этим терпением. Никогда им не отличался.
Переодеваюсь, иду к машине и рулю к дому Инги, параллельно соображая, зачем бы я мог к ней явиться. После быстрого мозгового штурма нахожу вполне приемлемый повод — скажу, пусть она заберет из моей квартиры вещи. Она прожила со мной всего-то чуть больше недели, но накопилось много всего — одежда, духи, сковородки эти дурацкие.
Там, конечно, в основном мои подарки, но что мне с ними делать? На мусорку разве что. Домработница собрала все, упаковала.
Оно, разумеется, можно по телефону все сказать, но тогда не будет повода ее увидеть. А мне нужно…
Главное — не дать в рожу ее бывшему мужу, если вдруг он откроет дверь. У меня тяжелая рука, с одного удара могу обеспечить ему отдых в больничке.
Долго звоню в домофон, но Инга не спешит отвечать. Прохожу в подъезд за ее соседями, стучу в дверь, но результат тот же — тишина.
С запозданием понимаю — Инги может и не быть дома. Вдруг она уже нашла новую работу и теперь трудится в офисе, а я караулю ее у двери. Глупо.
Решаю прийти вечером и будь что будет.
Только вот ни этим вечером, ни следующим мне так и не удается ее застать.
Оно к лучшему, конечно. Зачем сыпать соль на рану еще одной встречей?
В самом деле, на черта мне ее извинения? Я и без них прекрасно проживу. Она не первая, с кем у меня не получилось большой и чистой любви.
Раньше справлялся, и сейчас справлюсь.
Да я вообще ее, считай, уже забыл.
Но отчего ж так хреново на душе…
Глава 48. Худеющая
Инга
— О, прекрасная моя, я так люблю тебя! Та женщина для меня ничего не значит… — разоряется во всю ширь своих молодецких легких турецкий мачо.
А его девушка ведется. Балда гороховая! Дурища! Прямо как я еще недавно.
— Не верь ему! — прикрикиваю я на экран телевизора. — Врет, скотина, и не краснеет! А сам с блондинкой…
Жаль, что героиня сериала меня не слышит.
Громко всхлипываю, утираю набежавшие слезы приспособленным под это дело полотенцем и продолжаю следить за героями на экране.
Рыдаю в три ручья. Над сериалом, не над собственной жизнью, разумеется. Ну… Почти. Хоть во время просмотра мыльных опер меня немного отпускают мысли о собственной неудавшейся жизни и потерянной любви.
Вокруг меня все по фен-шуй. В лучших традициях женских страдашек. Простынь и одеяло измяты до невозможности. На прикроватной тумбе гора салфеток.
