Мэдисон убрала волосы за уши.
— Я здесь, чтобы встретиться с мистером Пакисом.
— Вам назначено?
— Нет, на самом деле нет. Предполагалось, что я позвоню ему, но в последнюю минуту я решила прийти. Меня зовут Мэдисон Джонс.
Женщина осмотрела девушку оценивающим взглядом.
— Вы Мэдисон Джонс?
— Точно. — Девушка гордо выдвинула вперед подбородок."
"В глазах секретарши явственно читалось, что пришедшая молодая особа — последний человек на свете, кого Деметриус Пакис вообще может удостоить парой фраз.
Но Мэдисон наплевать, пусть та думает, что хочет. Мэдисон не страдает иллюзиями относительно своей немодной одежды и поношенной обуви, но вот фигурой может гордиться, хотя волосам не помешала бы расческа, а губам — немного губной помады.
— Я сообщу ему о вашем приходе. — Женщина повернулась к телефону на столе.
— Благодарю, — вежливо отозвалась Мэдисон. Из трубки до нее донесся голос Деметриуса, и она взглянула на настенные часы. Секундная стрелка отсчитывала последние секунды — десять, девять, восемь, семь…
— Он примет вас прямо сейчас, — сообщила секретарша.
Мэдисон последовала за ней к его офису и осторожно стукнула по тяжелой внушительной двери.
— Входите.
Девушка открыла дверь, и тут же ее взгляд наткнулся на фигуру, сидящую за огромным столом. Пакис поднялся, чтобы поприветствовать гостью.
— Мэдисон! И как раз вовремя.
Она не ответила, вперив в хозяина кабинета взгляд, полный ненависти.
Деметриус почувствовал легкое замешательство.
Эта девушка так отчаянно старалась противостоять ему, притворяясь смелой и решительной, каковой явно не была. Поведение Мэдисон заинтриговывало его. Большинство женщин, с которыми ему довелось вступать в какие-либо отношения, не задумываясь, воспользовались бы шансом надеть на палец обручальное кольцо, а эта бедняжка выглядела так, словно он просил ее пройтись по тонкой доске над океаном, кишащим акулами.
Он указал жестом на стул.
— Пожалуйста, садись.
— Я бы лучше постояла, — процедила она сквозь плотно сжатые губы.
— Как хочешь. — Деметриус опустился в кресло, взял со стола ручку и щелкнул ею. — Ты приняла решение относительно моего предложения?
— Удивлена, что у вас хватает наглости называть это предложением, — ответила она. — Скорее похоже на шантаж.
— Шантаж — слишком сильное слово. — Он снова щелкнул ручкой.
— Вы сделали все возможное, чтобы не оставить мне выбора, не правда ли? — Она прямо взглянула ему в лицо.
