— Какая же ты… мразь… — выдыхаю, обессиленно опускаясь в кресло напротив родителей и отбрасываю бумагу на журнальный столик.
— Почему же? — с притворной улыбкой вскинул брови отец, — Я даже оставил тебе выбор. Пойти вместе с Таей и вашей мамашей на панель отрабатывать долг — потому что если ты не согласишься, я выкину из дома без денег вас всех. Но так и быть, клиентов побогаче могу подбрасывать из друзей. Ну или ты можешь просто выйти замуж за сынка Полянского и тогда всем будет хорошо. У тебя, по крайней мере, будет всего один партнер в постели, а твоей матери и сестре не придется работать в поте лица.
И не только лица.
Я смотрела на него во все глаза. Мозг просто отказывался воспринимать услышанное всерьез. Может это такая странная шутка? Мне всегда говорили, что Виктор Комаров опасный человек, но никогда — что он готов на такую подлость.
— Как ты можешь? Мы ведь твои родные люди! — хриплым шепотом произнесла я и опомнилась, — Подожди… я поняла! Ты блефуешь! Придумал способ, чтобы меня, дурочку, запугать!
Пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет просто глупым розыгрышем! Потому что это просто не может быть правдой! Он же мой отец! Пусть строгий, жесткий и жестокий, но все же отец!
— Маша… — глухо произносит мама и прячет бледное лицо в ладонях, — это все правда… Он так сделает.
Несколько долгих секунд уходит на то, чтобы просто заставить себя принять ситуацию всерьез, а не как злую шутку. Словно в подтверждение маминых слов папа довольно усмехается. Будто сейчас он выиграл крупную сделку в бизнесе, а не одним махом уничтожил меня.
— Ты что… ты… ты правда готов пойти на такое? Отдать твоих родных дочерей и жену…
— Не устраивай драму, — поморщился отец как от зубной боли. — Если мои дети такие неблагодарные твари, то считай, что у меня их нет. Потому что мои дочери сделали бы все ради семьи — я их воспитывал послушными девочками, которые слушаются старших.
Словно в прострации я следила за тем, как этот монстр спокойно поднимается и неторопливо застегивает пуговицы на дорогом пиджаке.
Он поднял документ, деловито пробежался по нему глазами, а после вручил долговую расписку назад мне в руки.
— Держи, детка. У тебя все еще есть время подумать, кто ты — послушная папина девочка или неблагодарная тварь с огромными долгами, — отец с улыбкой потрепал меня по щеке, а после холодно обратился к маме, — Валентина, распорядись, чтобы сегодня на ужин приготовили рыбу и достали хорошее вино. Я хочу пригласить Эдуарда, чтобы дети помирились.
