На несколько секунд я попросту онемела. Впервые я видела полуголого мужчину. Кроме Эдуарда, конечно.
— Вы хоть понимаете, что из-за вашего поведения в фирме пойдут пересуды. О нас с вами.
— Тут нечего обсуждать. Поговорят и быстро забудут, — выдавила я, заставив отвести взгляд от привлекательного торса.
Босс как ни в чем не бывало достал из шкафа новый комплект одежды, выбрал оттуда рубашку и неторопливо оделся."
"— Не скажите. Недавно вы сидели на мне с задранным платьем, вцепившись в мою рубашку так, что разорвали ее.
Отличная идея для пересудов и сплетен.
— Вас это так волнует?
— Не очень. Мне показалось, что это должно волновать вас. Как правильную девочку, — с ухмылкой заявляет босс.
Разорванная рубашка летит в корзину. Марк Захарович опускается в свое кресло и сканирует меня наглым взглядом.
— Простите?
Не понимаю, мне оскорбиться на это замечание или нет? Учитывая, что за сегодняшнее утро подвигов я совершила предостаточно.
— Ну, я успел немного ознакомиться с вашим личным делом. После университета вы все время работали на достаточно хорошей должности.
В фирме своего отца.
Чувствую эту скрытую насмешку и лицо поневоле вспыхивает от стыда. Намекает, что диплом с отличием — фикция, как и вся моя работа. Разве объяснишь в двух словах, что моего мнения даже не спрашивали и ясно сказали: или ты работаешь здесь или нигде больше.
— Я хороший специалист, — твердо говорю я, выдерживая этот взгляд и не показывая своего волнения.
— Иначе Антон Сергеевич не взял бы именно вас временно замещать его должность.
Но учтите, что любой промах в работе немедленно отразится на вас. Думаю, ваш отец, Мария Викторовна, не одобрит, что вы позорите его фамилию.
— Вот, значит, как.
Отвечаю без эмоций, но внутри все клокочет от ярости. Марк Захарович словно по взгляду понимает, считывает меня без труда и на красивом лице расцветает дьявольская ухмылка. Получается, вот откуда он знает, кто я — он просто знакомый моего отца.
— Я не подведу вас и фирму, — с холодной улыбкой отвечаю я.
— Очень надеюсь.
— Я могу быть свободна?
— Конечно, Мария Викторовна. Только не забудьте передать Лене, моему секретарю, чтобы она напечатала текст выговора и занесла его мне на подпись.
Едва удерживаюсь, чтобы не выругаться прямо в кабинете босса. Смотрю на него прямо, не отводя глаз.
— Можно узнать, что именно вы в нем напишете?
— «Чрезмерное рвение при выполнении работы» вас устроит или написать что-нибудь о домогательствах к начальству?
— Устроит, — цежу сквозь зубы.
