– Еще разобраться нужно, кто кого присвоил, – пробормотала я, но меня, похоже, не услышали. Или не пожелали услышать.
Сжав кулаки, незадачливые конкуренты продолжали неумолимо наступать.
– Магический поединок… – грозно отчеканил один из них, медленно поднимая руку. Плащ за его спиной взвился крыльями диковинной белоснежной птицы, словно от неожиданно поднявшегося ветра, а к ладони уже стекала магия, выстреливая в воздух острыми голубоватыми молниями. – Вызываю тебя…
Куда и зачем вызывает, эльф так и не договорил – путь ему внезапно преградил Торэт.
Бесцеремонно задвинул меня себе за спину, скрестил на груди руки и насмешливо произнес:
– Меня вызываешь, Йонетт?
– Ты прекрасно знаешь, что нет! – явно растерялся тот, кого назвали Йонеттом. – Ее.
– Причина? – холодно осведомился высокородный.
– Она украла то, что было моим… Почти. Я в своем праве, такой спор всегда решается поединком. Почему ты ее защищаешь?
– Украла или нет, не имеет значения, связь уже установлена. Все видели истинный свет, подтвердивший это, – чем больше выходил из себя оппонент, тем спокойнее держался Торэт.
– И я защищаю не ее, а порядок, за который сегодня отвечаю."
"– Ты не хуже меня знаешь, что второго наури призывать нельзя. Я требую пересмотреть результаты отбора. – снова сорвался на крик упрямый эльфенок. Надо же, как его задела потеря стрекозла. Неужели, эта крылатая мелочь действительно настолько ценна? – Двух фамильяров ни у кого быть не может.
– Неуд по истории магии, Йонетт, – незамедлительно уведомили откуда-то сверху.
– Н-но, магистр Элистар… – мой противник даже заикаться начал и, разом растеряв весь свой пыл, развернулся к балкону, на котором гордым памятником самому себе возвышался декан эльфийского факультета. – Мы… Я…
– Прогуливали, – любезно подсказал ему мэтр. – Вводные занятия по этой дисциплине у первокурсников уже начались. И если бы вы уделяли больше внимания лекциям и учебникам, а не несомненно очаровательным сокурсницам, то запомнили бы, что подобное уже случалось.
Всего несколько раз, в исключительных случаях и очень давно, но тем не менее. Так что, неуд. И пересдавать придется лично мне. Через три дня. Все ясно? Или еще есть вопросы? Возражения?
Последнее слово декан произнес вкрадчиво, даже нежно… Так нежно, что у меня мурашки по спине побежали.
Йонетт вздрогнул потупился и коротко доложил:
– Ясно, магистр. Пересдать лично вам. Через три дня.
– Прекрасно.
