Мой малыш миллионера

– Мы поедем в больницу сейчас! Там тебе сделают УЗИ и подтвердят беременность, а если нет…

– Мирон! – выражение лица жены становится удивленно-возмущенным. Но больше возмущенным. Ей дико оттого, что я так с ней разговариваю. За время наших отношений я ни разу не позволял себе повысить на Олю голос.

– Собирайся! Через полчаса я буду ждать тебя в машине.

– Мирон! – снова слышится голос Оли, но я уже покидаю комнату. Пока беременность не подтвердится или не опровергнется, я не стану с ней разговаривать.

Спускаюсь в кухню и наливаю себе стакан воды. Залпом выпиваю."

"На экране смартфона красуется пропущенный вызов от Ани. Даже два. Но я не буду перезванивать, пока не разрулю все.

Я доверял Оле. Доверял, как себе. Даже когда начал сомневаться в том, что она могла забеременеть от меня, не дал этим мыслям развиться.

Сейчас же я начинаю анализировать. «Беременность» Оли очень удачно совпала с тем, как я принял на работу Аню. Потом она просила меня уволить новую секретаршу, хотя в ревности к предыдущей никогда замечена не была.

А вчера, когда я забирал ее из фитнес-клуба, жена странно замешкалась, после моего замечания о том, что занятия стоит бросить. К тому же, при всем своем отношении к собственному здоровью, жена не побежала первым делом проверять состояние беременности, а столько дней спокойно занималась своими делами.

Да и этот разговор с Аней…

Очень надеюсь, что я ошибаюсь, и Оля не предавала меня. Но что-то внутри подсказывает, что мне придется в очередной раз разочароваться в жизни.

– Хочу сразу тебя предупредить, – заявляет жена, когда садится в машину, – тесты иногда могут ошибаться, а я делала только один.

– Поспешные оправдания всегда выдают вранье, – чеканю я.

– Ты начал сомневаться в моей беременности первым. Вылил на меня ушат из подозрений, оставив обтекать, а потом… Потом просто ушел из комнаты. Думаешь, мне приятно?

– Думаю, что специалист и аппарат УЗИ нас рассудят, – заключаю я, и завожу мотор.

Наверное, это плохо, но в глубине души я хочу, чтобы мои опасения подтвердились. Я многое сделал в своей жизни не так. Особенно в последнее время. И понял я это очень поздно. Слишком поздно для того, чтобы можно было безболезненно все исправить.

Но сейчас, на фоне всего, что случилось, я понял, что почти год обманывал себя, ведь я никогда не любил Олю. Мне просто было удобно быть с ней. Удобно забить ее заботой дыру в груди, что зияла, не давая покоя.