Онлайн-библиотека книг
Горячий и твердый, точно скала, Мирон заставляет меня таять, как шоколадку на солнце.
Я чувствую позади себя его рельефный, горячий торс, раскаченный и красивый, даже идеальный. Лучшее мужское тело, что я когда-либо видела.
Обнаженным, в рубашке, в футболке Мирон всегда смотрелся божественно. Высокий рост, широкие плечи, выраженные мышцы на руках. И я млела от этого вида. Долго не могла поверить, что вся эта красота досталась мне. Мне одной.
– Мирон… – все что получается, это тихо вымолвить его имя. Мягко, на выдохе, с мольбой.
– Молчи… – его голос уже тоже практически невозможно узнать. – Не говори ничего… Не говори…
Он будто убеждает в чем-то сам себя. Убеждает, и боится, что я разрушу все, испорчу своими словами или действиями.
– Белоснежка… – выдыхает Мирон мне в ухо, вырывая из моей груди глухой возглас.
Все тело наполняется приятной истомой. Кажется, я окончательно теряю связь с реальностью, хоть и отчаянно желаю в ней задержаться.
ГЛАВА 21
Аня
В какое-то мгновение туман в голове рассеивается.
Наверное, кто-то свыше помогает мне не совершить необдуманного, совсем ненужного поступка.
Я не хочу быть на вторых ролях. Не хочу быть мимолетным развлечением. Не хочу рушить семью Мирона.
Я не вправе так поступать.
Если он решит снова быть со мной и с сыном, то пусть сначала станет свободным.
Хотя, о чем это я? Жена Мирона беременна, и, как бы мы не хотели, одна из нас должна будет растить ребенка с приходящим папой. И, наверное, я бы не хотела собственноручно лишать какого-то ребенка его отца.
Быть может, я неправа, быть может, я слишком мягкая, но я такая, какая есть.
Мне хватает сил, чтобы оттолкнуть Мирона. Развернуться, упереться в грудь ладонями и оттолкнуть.
– Ань?! – он непонимающе моргает. А я качаю головой.
– Тебе стоит уйти, – прошу я.
– Ты же хочешь, чтобы я остался, я знаю, – мужчина не отстает.
– Я хочу, чтобы ты ушел, – стою на своем.
В кухне повисает тишина. Мирон смотрит мне в глаза, а я гляжу на него.
Но я не дам волю эмоциям, не покажу все то, что чувствую на самом деле.
– Да, ты права, – вдруг произносит отец моего ребёнка.
Но я почему-то не чувствую облегчения. Я правда хотела, чтобы он ушел, но когда Мирон согласился со мной, мне вдруг стало мучительно горько оттого, что он и вправду собирается это сделать.
