Мой муж вне закона

После смерти отца у неё сорвало стоп-кран. Она пьёт в моменты, когда не видит выхода. Как сейчас, например, когда её внуку срочно нужна финансовая помощь на операцию.

Вопросов у мамы так много, что я ненадолго отвлекаюсь от мыслей об Андрее, но едва голова касается подушки, как его образ вновь всплывает в моей голове и не желает испаряться до самого утра. Становится интересно, о чем он сейчас думает? Примеряет на себя образ отца? Верит мне или нет? Засыпает в одиночестве или его обнимает та красивая блондинка?

Уснуть мне удаётся глубокой ночью, а с самого утра меня уже будит мелодия мобильного телефона.

Номер не знаком, но сердце начинает колотиться гораздо чаще обычного, когда я снимаю трубку и слышу в динамике голос Андрея.

– Я заеду за тобой через полчаса, – произносит без слов приветствия. – Ворошиловский проспект?

– Нет, сейчас я обитаю по другому адресу, – отвечаю, поднимаясь с дивана. – Улица Октябрьская. Это за хлебозаводом.

– Я знаю, где это. Будь готова через тридцать минут.

– Ладно, – отвечаю в тот момент, когда он уже кладёт трубку.

Все эти полчаса я только и делаю, что усиленно привожу себя в порядок, насколько это возможно. Во время беременности я откровенно на себя забила. Перестала укладывать волосы и наносить макияж, но сейчас почему-то захотелось… Захотелось показать Андрею, что я могу и умею быть красивой. С помощью старого допотопного фена вытягиваю волосы, чтобы были ровными, подкрашиваю ресницы и губы.

Вещей с собой много не брала, поэтому надеваю облегающее бежевое платье.

За время беременности я набрала всего восемь килограммов, которые все ушли в живот. Доктор, у которого я стою на учёте, ругался, что это мало, а я ничего с собой поделать не могла, хотя и питалась по возможности хорошо. Никогда не голодала.

К назначенному времени подхожу к окну и вздрагиваю, словно от электрического разряда. Автомобиль Муратова уже стоит у подъезда, а сам Андрей затягивается табачным дымом и поглядывает на окна.

Перед выходом делаю глубокий вдох и толкаю железную дверь от себя.

Муратов смотрит на меня привычно: серьезно и немного нахмурившись, и от этого взгляда мне становится не по себе.

– Доброе утро, – обращаюсь к нему.

Андрей кивает и открывает дверь автомобиля, протягивая свою руку. Его ладонь теплая и шероховатая, и прикасаясь к нему впервые за долгое время, я ощущаю разливающееся по телу тепло.

– Ты переехала? – спрашивает Андрей, трогая с места."

"Я сижу на заднем сидении и украдкой посматриваю на него в зеркало заднего вида.