Мой муж вне закона

Однажды Лера показывала мне старые мамины фото, на которых была изображена красивая молодая женщина с младенцем на руках: чётко прорисованные скулы, острый подбородок, большие глубокие глаза и длинные вьющиеся волосы. Мать моей подруги была первой женой Андрея. Женщиной на которой Муратов женился по большой и страстной любви. В какой-то момент я ловлю себя на мысли, что чуточку ей в этом завидую…

Алина плюхается на скамейку под ветвистым дубом и достает из кармана электронную сигарету. Судя по её расслабленному виду, она никуда не торопится и желает продолжить наш разговор.

Я сажусь чуть поодаль, чтобы дым не попадал в коляску и начинаю ей покачивать. Общение с Алиной выходит не слишком обременительным, поэтому через некоторое время я всё же расслабляюсь и включаюсь в разговор.

- А я послезавтра улетаю в Америку, - произносит девушка, выпуская тонкую струйку дыма. - Отец оплатил учёбу в Колумбийском университете.

- Поздравляю тебя, - теперь уже искреннее улыбаюсь ей.

- Ага, спасибо. Он говорит, что Муратову тоже следовало поступить так с дочерью.

Мол, большие деньги и вседозволенность в нашей стране развращают. В Штатах всё по-другому.

- Знал бы где упадёшь, соломки бы подстелил, - отвечаю ей, неосознанно защищая Андрея.

Лера была взрослой самостоятельной девочкой, просто в какой-то момент не справилась с собой, побоялась просить о помощи, не осознала, что игры с наркотиками зашли настолько далеко. Андрей не мог ходить за ней по пятам. Девятнадцать — тот возраст, когда дети жаждут свободного полета.

Это на шумной вечеринке по случаю дня рождения Алины – дочери известного чиновника, я впервые увидела, как Лера нюхает кокаин, чтобы понравится своему парню. Алкоголь лился рекой, а наркотики были чем-то совершенно обыденным на этом вечере. Можно было попробовать каждому желающему, словно элитное угощение.

- И то верно, - подтверждает Алина. – Впрочем, папа не только поэтому меня отправляет в Штаты. Говорит, что времена неспокойные. Недаром Муратов закрыл тебя и ребенка у себя дома.

От такой осведомленности становится не по себе. Хочется сказать ей что-то в ответ, но слова куда-то испаряются и в этот момент в руке оживает мобильный. На дисплее светится номер мамы, я прошу прощения у Алины и тут же снимаю трубку.

У неё проблемы – напарница подставила на приличную сумму денег. Мама плачет в телефонную трубку и боится, что директор магазина её уволит, а я успокаиваю родительницу как могу и обещаю, что переведу деньги на карту уже сегодня.