Я привыкла, что бывшую жену Реджинальда почитают едва ли не как святую. А тут такая банальная женская ревность!
— Я был свидетелем, как вэлорд Лирд кричал, что господин променял друга на юбку,
— продолжил Фелиот — Но он же был первым, кто поддержал Реджинальда в горе.
— А Талли наверняка ревновала не как подруга, а как женщина, — сказала я, припомнив ее пьяную выходку."
"Секретарь кивнул.
— Мне уже начинает казаться, что герцог Пределов — не самый страшный гость, —вздохнула я. - Зачем же Реджинальд решил пригласить этих двоих? Чем это поможет?
— Возможно, он считает, что они тоже могли быть как-то связаны с убийством лиры Равены? — сказал Фелиот и сам испугался, что произнес это вслух.
— Собрать всех кандидатов на роль убийцы в одном месте? — спросила я с усмешкой. — Очень удобно. Как только он выяснит правду, далеко бежать в поисках преступника не придется.
Я не стала добавлять, что если среди гостей убийцы не обнаружится, то погибнет Кассия, которая тоже уже здесь.
Какая же Реджинальд расчетливая чешуйчатая тварь!
5.
Вечер стремительно приближался. Будто кто-то заставил стрелки часов вращаться быстрее.
Открытие порталов было запланировано за полчаса до ужина. Сначала в Лавиторию для герцога Пределов, а после — для драконов.
В доме все было готово: гостевые спальни, шатер с коктейлями и приветственный ужин в столовой. Как я ни старалась сбавить уровень торжественности, мама была непреклонна.
Я трижды переодевала платье. Мне не хотелось встречать гостей в традиционном платье дракониц.
Без Реджинальда я чувствовала себя в такой одежде неуютно, будто голой. Поэтому я остановила свой выбор на довольно закрытом, но не менее роскошном платье.
Плотный лиф был расшит мелким жемчугом, образуя почти непробиваемую броню.
Тяжелая, но прочная конструкция. Возможно, я опасалась, что на меня нападут с ножом так, как это было с Равеной. Поэтому искала защиты.
Служанки безропотно переодевали меня и почти ничего не говорили. Они обе весь день ходили, опустив головы. Появление драконов не радовало девушек.
К тому же они не были знакомы с теми, кого мы ждали.
— Шея слишком открыта, — коротко произнесла Сирата, когда мой туалет был завершен.
Ее хриплый голос словно царапнул тишину комнаты
— Подай то, в котором я была на приеме у Императора, — попросила я.
Тяжелое ожерелье обожгло ключицы холодом, пробудив неуместные мурашки. Я поежилась и накинула на плечи шаль.
Сирата только головой покачала, осуждая слишком закрытый наряд.
В дверь коротко постучали.
