— Тебе известно, кто они?
— Те самые разбойники, что напали на поезд. Я нарисовала для шерифа миниатюру, по которой можно опознать главаря, вот они и решили от меня избавиться.
— Они… ничего себе не позволили?
— Пока ничего. Главарь собирался, но остальные были против.
— Против чего?
— Застрелить меня… или отрубить правую руку.
Мэриан содрогнулась, Чад непроизвольно привлек ее к себе — и поспешно отстранил.
— Все позади.
— Да, конечно.
— Почему они сунули тебя в сено? — поинтересовался Лерой.
— Здесь еще и жена хозяина фермы. Он не хотел, чтобы она имела к этому отношение. Был спор, но потом они решили дождаться, пока она ляжет. Они так и не договорились насчет того, как со мной поступить.
— Мы отправимся в обратный путь сразу, как только разберемся с этим отребьем. Подожди здесь.
— Нет, нет! — испугалась Мэриан. — Не оставляйте меня одну! Позвольте пойти с вами!
— Мы сейчас же вернемся…
— Нет, нет! Пойми, Чад, я не могу оставаться одна после всех этих разговоров о том, как лучше со мной покончить! Если вы меня здесь бросите, я пойду назад пешком, одна!
— Скажите на милость, — хмыкнул Лерой.
— Пешком по прерии ночью. Храбрость пополам с глупостью.
Ладно, парень, забирай ее домой, а с этими ребятами я разберусь сам — Их четверо, — напомнил Чад.
— Воего-то. Проще пареной репы. К тому же мне давно не терпится выбить из кого-нибудь все дерьмо. А если за них еще и положена награда…
— Не сомневайся, положена. Железнодорожные компании не постоят за деньгами, когда речь идет о безопасности пассажиров.
Если уничтожишь эту банду, выйдешь в герои.
— Тогда о чем разговор? С тобой я профукал пять сотен, надо же как-то разжиться зелеными.
— Договорились.
Глава 41
После таких испытаний Мэриан предпочитала поскорее оказаться дома и ехала бы без передышки, невзирая на усталость. Чад, однако, был настроен иначе. Когда между ними и фермой, где Лерой вот-вот должен был взяться за дело, легла достаточно широкая полоса прерии, он остановился под первым попавшимся деревом и объявил, что здесь они будут ночевать.
Мэриан возразила, что готова продолжать путь.
— Моя лошадь валится с ног, — был ответ.
Девушка не приняла в расчет, какой долгий путь пришлось проскакать лошади без отдыха в погоне за ней. Устыдившись, она больше не протестовала. Но она все еще была в напряжении, даже зная, что похитители будут обезврежены и больше не доставят неприятностей.
