— Тут уже я сама готова закатить глаза вместе с фейспалмом. Даже меня уже потряхивает от сочетания «баба Надя». — Мол, только такой нищеброд, как мой папаша, может платить столь маленькие алименты… Ой, прости… ну она так грубовато выразилась, но ты же не виноват… Пап! Я не считаю тебя нищим.
Игорь качает головой, отпускает меня и берет в ладони руки дочери.
— Сонь. Вот ты же была у бабы Оли прошлым летом, мы с тобой виделись. Разве мы создаем впечатление нищих? — Софья опять втягивает голову в плечи и пожимает ими.
Качает головой. У нее явный диссонанс внутри.
— Я не знаю. Это было давно. Мало ли, какие обстоятельства у тебя случились. На мои вопросы баба Надя не отвечала. А твой номер и номер бабы Оли она нечаянно удалила. Я не могла сама вам позвонить. И ты, наверное, был очень занят. Мама, например, всегда занята. Когда бы я ни позвонила, у нее то маникюр, то фитнесс, то дядя Рома…
У меня слов просто нет! Бедный одинокий ребенок. А почему Игорь ей сам не звонил? И мама его. Странно.
На данный вопрос мне отвечают, когда Соня уходит в примерочную с парой симпатичный футболок и шорт.
Мужчина нервно запускает пальцы в волосы, откидывая со лба и объясняет:
— Я не один раз звонил Надежде Тарасовне. Вик, поверьте. Но она всегда отвечала, что Соня то в школе, то в секции, то у подруги и телефон забыла. И мама моя так же. На просьбы приехать за ней в каникулы нам всегда приводили какие-то разумные доводы, почему нет. Я несколько раз общался-таки с дочкой, но она даже не заикалась о своих проблемах.
Видимо, под бдительным контролем бабы Нади, — буквально выплевывает последние слова.
Как же все мерзко. Представляю, что он сейчас испытывает, если даже мне противно.
— Игорь Алексеевич, вы только при Соне не говорите ничего. Надо ее мягко убедить, что баба Надя сильно заблуждается на счет вас.
Соглашается, но тут же приводит контраргумент:
— Лишь бы при этом Соня не подумала, что, имея миллионы, я наплевал на нее. — И то верно. Палка о двух концах. Как бы одновременно и нельзя мать с бабкой ругать, и самому остаться нормальным в глазах дочери.
— Нужно серьезно поговорить с Кристиной. Только это невозможно по телефону. У нее в одно ухо влетает, в другое вылетает. Тридцать лет человеку, а все как та стрекоза.
— Надо постараться, чтобы Соне не пришли в голову подобные мысли, — развожу руками.
— Поможете мне, Вика?
Я? Но как?
— Чем я могу помочь?
— Переезжайте жить к нам, а?
Глава 11
Он пошутил, да? Смотрю на босса и понимаю, что нет.
