Подальше отсюда и от гада, который въелся мне в голову.
На завтраке многолюдно. Еды полно на любой вкус. Беру себе большое латте, творожную запеканку с орешками, ягодами и карамельным сиропом. Очень большой кусок. Десерт под названием «Расти попа» сейчас мне просто необходим."
"Сажусь за дальний столик возле панорамного окна. Вид шикарный на заснеженную лыжную трассу.
Настроение отвратительное, но я поднимаю его себе сладким, с удовольствием облизывая ложечку, посматривая на свежие вафли со сливками. Их тоже съем.
Стану жирной, чтобы на меня больше не смотрели разные высокомерные мерзавцы.
– Доброе утро, – раздается мужской голос, поднимаю голову и вижу, как Александр ставит на мой стол свой поднос, на котором кофе и тосты с красной рыбой, и авокадо. Ну да, помню, замашки у него барские.
– Здесь занято! – заявляю ему я.
– Кем? – выгибает брови и все рано присаживается за мой столик.
– Моим женихом, он скоро подойдёт, – лгу, а этот гад ухмыляется, словно знает, что я вру.
– Кстати о женихе, – выдает он мне.
Такой свежий с утра, идеальный, в черной рубашке, с закатанными рукавами, ни одной складочки и соринки. Кто ему тут рубашечки наглаживает? Неужели сам? Небось еще и крестиком вышивает на досуге. Пахнет от него терпким парфюмом, по–мужски вкусно. – Поздравляю с помолвкой, – посматривает на кольцо на моем пальце.
– Спасибо, – отвечаю, отправляя в рот ложечку запеканки. Вкусно. – Ваши искренние поздравления я приняла еще вчера, вы громче всех аплодировали.
– Лиса, – усмехается, заглядывая мне в глаза.
Смотрит так, словно я его завтрак, и он сейчас съест меня.
Смотрит так, как никогда на меня не смотрел Дима, будто я что–то ценное, дорогое и желанное. Так, что мурашки по коже, так…
Отвожу взгляд. Хочется залепить ему пощёчину за такой откровенный взгляд. Он не имеет права так смотреть.
– Ты мне тут вещала про мое прошлое. Хочешь правду?
Сжимаю губы, но мужчину это не останавливает.
– Ты во многом была права.
Язвительно улыбаюсь. Я знала.
– Поведай мне будущее, – просит он.
– О, нет, Ванга во мне просыпается только под алкоголем. А я больше не пью.
– Отчего же?
– Да знаете, совершаю отвратительные поступки, о которых потом жалею.
– Зачем жалеть о том, что принесло тебе удовольствие?
– Не принесло!
– Лгунья! – усмехается.
– Ваша самоуверенность не знает границ, – закатываю глаза.
Отворачиваюсь к окну. И вот мне бы встать и уйти, хотя бы пересесть за другой столик. Но нет, я отчего–то сижу на месте.
