К нему тянет мощным магнитом.
Сплетаем наши взгляды в единое целое, забывая об окружающих. Моё сердце не выдерживает, пускается вскачь, выстукивая ритмичную чечётку. Тело мгновенно прошивает током, запуская по венам мощную смесь предвкушения, страха и счастья.
— Так это что, всё из-за бабы?
— За языком следи, сержант! — резкий голос Павла отрезвляет меня, и я делаю несколько неуверенных шагов, оставляя позади размытые обрывки фраз, а следом и вовсе срываюсь на бег, мчусь со всех ног к нему, выбрасывая туфли по пути.
Лечу к своему сероглазому счастью.
Дима, застёгивая пиджак, бросается мне навстречу. Вмиг сокращает расстояние широким шагом. Заключает в крепкие объятия, ударяясь об меня твёрдой грудью, на которой я замираю, словно мышь, прислушиваясь к его ускоренному сердцебиению.
— Ты что натворил, безумец? — задыхаюсь от переизбытка чувств. — Ордынское иго отдыхает... — утыкаюсь носом в манящий треугольник кожи над расстёгнутым воротом рубашки и дышу глубоко и часто, жадно втягивая запах любимого мужчины.
Боже, как же он умопомрачительно пахнет.
— Чья бы корова мычала, — хрипло произносит Воронцов, опаляя макушку горячим выдохом. Целует её и дышит мной. — Я соскучился...
Жёсткие пальцы Димы, скользнув по шее, зарываются в моих волосах, сжимая пряди на затылке. Кожу головы приятно жжёт. Щекочущее тепло мурашками разбегается по телу.
— И я соскучилась, родной...
Прижимаюсь к нему плотнее. Ныряю ладонями под пиджак, оглаживая твёрдые мышцы спины.
Так горячо и уютно, что хочется раствориться в нём. Никому его не отдам. Больше не позволю ревности изводить себя.
— Так вы не поженились? — вкрадчиво спрашивает, отстраняясь и приподнимая пальцем мой подбородок, тем самым вынуждая смотреть ему в глаза.
Моё сердце пропускает удар. Серые угольки глаз проникают в душу, поднимая в ней волну смятения. Когда-то я влюбилась в них с первого взгляда. И сейчас его проникновенный взгляд будоражит мысли и кровь, вынуждая щёки полыхать.
— Ты же знаешь, что нет, — мой голос предательски сипнет.
— Не появись я сейчас, ты бы вышла за него? Серьезно? — Дима прищуривает глаза, приобретая черты хищника. От его взгляда между лопаток скользит тонкая струйка холодка, поднимая волоски на коже.
— Не вышла бы, — устало выдыхаю, ловя его голодный взгляд на своих губах.
— Почему? — поднимает глаза и снова ныряет ими в мою душу, глубоко, до самого дна, не позволяя уходить от ответа.
