Эту машину я забрал из салона пару часов назад. Так сказать, на сдачу с покупки издательства."
"Получается, немцы разучились делать тачки? Или китайцы и тут умудрились втюхать свое необходимое каждому добро?
– Прошу прощения, – взглядом указываю на прямоугольный ключ, у которого аж пластик того и гляди расплавится от перенапряжения.
Волнуется немец-то.
– Что-то серьезное? – как бы обеспокоенно спрашивает руководитель издательства, который теперь мой подчиненный.
– Надеюсь, это просто ошибка системы.
Мороз сильный стукнул, вот и…
Сдулся новенький немец, – добавляю, но лишь извинительно улыбаюсь.
– У нас по периметру офиса установлены камеры.
Киваю. Это мы еще посмотрим. На входе одну неработающую уже приметил.
Накидываю пальто и, не запахнувшись, выхожу через запасной выход.
Машина орет дурниной, уши заворачиваются в трубочку. Там нет никакого регулятора громкости?
Иду на мигающие огни и взглядом упираюсь в… сидящую на капоте свеженького авто кралю.
Замедляю ход, руки сами собой стискиваются в кулаки, челюсть напрягается.
Хотелось бы прочистить горло, чтобы привлечь внимание, но подмечаю недовольное лицо мадемуазель, и кашель застревает в горле.
Типичная представительница женского рода, охотница за богатеньким папенькой. Короткая юбка, такой же длины яркий пуховик, распущенные волосы. Духами несет за версту. Сладкие, душные, галлюциногенные.
И каблуки. Хотя… я бы приравнял их к холодному оружию и запретил такие носить под угрозой запрета посещений салонов красоты.
Хруст, с которым она раздавливает лед, метко стреляет в сердце.
– Ваша? Уберите! – звонко приказывает.
Руки уперла в бока и дрелью просверливает объемную, кровоточащую дыру промеж моих глаз. Уверенная дамочка.
– Вы встали на место, которое закреплено за руководством издательства.
– Это мое место, – упорно отвечает.
Глазками хлопает, но сверлить не прекращает.
Абсурдность ситуации просто бьет вверх. Я бы мог признаться барышне, что я и есть новое руководство издательства.
Скорее всего, она очередная стажерка в модном журнале. Не помню название…
Но отчего-то молчу. Официально меня представляют завтра, так зачем вскрывать карты накануне?
– И чем докажете, что ваше?
Глубокий выдох, наполненный огромным раздражением.
Скрещиваю руки на груди и снова обвожу девчонку взглядом. В голове невольно сравниваю с другой. С той, которая никогда не будет принадлежать мне.
– Хм… уважаемый, как вас звать? Да неважно.
