И вообще, не мой тип мужчин, – сглатываю и кончиком языка увлажняю сухие губы.
– Вот и славно. Потому что такие женщины, как вы, ничего кроме внутреннего раздражения у меня не вызывают.
– Я принимаю ваши условия.
– Шикарно. Но теперь добавляю еще один пункт.
– И какой? – опасливо отступаю.
Этот человек ненормальный, точно вам говорю.
– Любая осечка на новом месте, кофе руководителю принесете без сливок, например, и я незамедлительно вас уволю.
Глава 5. Виктор"
"– Вик, я так рада, что ты пришел! – Оливия чмокает меня в обе щеки, что никогда не позволяет себе с другими, и отходит на положенное безопасное расстояние.
Но она оставляет после себя облако своих духов и запах чистой кожи.
И рану в сердце, которая привычно ноет. Боль хроническая, возможно, неизлечимая.
По крайней мере, с нашего расставания до сегодняшнего дня прошло больше десяти лет, а сердечная мышца все также надрывается, когда Лив рядом.
Только за все эти годы научился себя сдерживать. Утрамбовал все чувства к бывшей девушке – жене моего лучшего друга – в самый потаенный уголок.
– Не мог не прийти.
Пальто вешаю на плечики в гардероб, разуваюсь и прохожу за Лив в просторную гостиную. Не был здесь, кажется, сотню лет.
– Ты располагайся. Денис сейчас подойдет. Может, выпьешь что?
Обвожу взглядом знакомую полку с наградами и грамотами, которых поприбавилось с прошлого раза, и с резким выдохом говорю:
– Коньяк. Есть?
Лив улыбается своей фирменной улыбкой, которая больше похожа на элегантное согласие с растянутыми губами, и коротко кивает.
Она удаляется, а я прикрываю глаза.
Не надо было сюда приходить. Лучше бы ресторан, а не их дом.
Наша история банальнее самого дешевого сериала. Были два друга, полюбили одну девушку. Я предложил ей встречаться первым, потому что… да потому что хитрожопее Дена.
Спустя пару лет, Лив решила уйти к моему лучшему другу, оставив меня копошиться в тонне сомнений и обид.
Я хотел оборвать с ними все концы, ведь чувствовал себя преданным не только любимой женщиной, но и лучшим другом.
Даже не хотел думать, что они за моей спиной трахались.
А потом мы с Деном нажрались, подрались и все выяснили.
Это был выбор Оливии, я не мог ее винить в том, что она полюбила Дена. И если не хотел терять друга, а я не хотел, нужно было отбросить все обиды и жить дальше.
В конце концов, мне было всего двадцать два.
– Задумался? – тихий шепот Лив царапает позвоночник и мурашки позорно растекаются по моей спине. Хорошо их не видно под рубашкой.
