Мой неуловимый миллиардер (СИ)

Фома опускает руки к моим ногам и держит меня за бедра, выходя почти до конца.

— Я, наверное, сумасшедший, — бормочет он, увеличивая темп.

— Мы оба, — наши отношения развиваются слишком быстро. Это слишком много, слишком интенсивно, но ничего в жизни не чувствуется правильнее.

Фома улыбается, крепче сжимая мои бедра, и берет меня сильнее, наблюдая за тем, как я подхожу все ближе и ближе к очередному оргазму.

Он стонет, когда я снова кончаю, и увеличивает силу движений, срываясь почти сразу после меня.

— Я одержим тобой, Лера.

Фома опускает голову мне на плечо и нежно целует мою шею, пока мы оба пытаемся отдышаться.

— Я опаздываю на занятие, — говорит он мне, и я не могу сдержать смех.

— Сергей Витальевич, — говорю я. — Вы такой безответственный.

Фома откидывается назад и смотрит на меня с довольным выражением в глазах.

— Что я могу сказать… моя будущая жена ненасытная женщина.

Будущая жена… При этих словах мое сердце замирает от волнения, но в то же время это приводит меня в ужас.

Фома не знает, сколько препятствий нам предстоит преодолеть, а я вот вполне представляю.

Глава 30

Лера

На телефон Лены приходит сообщение, и я отвлекаюсь от своих бумаг, чтобы посмотреть на нее. Она сидит рядом со мной за столом, мы уже привыкли после обеда проводить время вместе. Они с Колей делают домашку вместе со мной, а когда заканчивают, Коля отправляется играть в свои игры, а Лена может читать или смотреть телевизор столько, сколько захочет. Обычно она зарывается носом в книгу, но сегодня почти не поднимает глаз от своего телефона.

— Что происходит, Лен? — спрашиваю я, из любопытства и беспокойства в равной степени. Я понимаю, что наличие у детей собственных телефонов было частью соглашения о разводе, чтобы их мать всегда могла связаться с ними, но то, что они могут переписываться с кем угодно, меня пугает.

— О, — говорит она, поднимая глаза, и ее щеки розовеют. Сердце бешено колотится в груди, часть меня ожидает худшего. — Это моя мама.

Я замираю, чувствуя вину при мысли о бывшей жене Фомы.

Дети все еще не оправились от боли, вызванной расставанием родителей. Последнее, что я должна делать, — это присваивать себе их отца. Лена выглядит такой счастливой, общаясь с мамой, что у меня в животе все сжимается. Если бы она знала, что мы с ее отцом сделали, у нее бы разбилось сердце."

"— Она говорит, что скучает. Я пытаюсь убедить ее приехать ко мне, потому что папа никогда не позволит мне поехать к ней.