Как можно не умиляться собственной кровиночке?! Беззащитной и невинной! Но мои двойняшки — это уже намного больше, чем комочек улыбающейся плоти. Они часть меня. Если что-то с Лианой или Илем, то все. Вилы. Не уверен, что переживу.
Загрузив чемодан, отправился в торговый центр: Лиана давно хотела гитару-укулеле, а Ильдар — новый скейтборд. Помимо этого набрал игрушек, опытов и современных приколюх. Понимал, что это подкуп, но как иначе?! С пустыми руками не придешь ведь!
Я остановился у магазина женского белья.
Тело Полины я знал досконально, до самой мелкой поры: родинки, родимое пятнышко под правой грудью, шрамик под коленкой, размер, обхват, ее вкус. Утонченно и сексуально. Я мог бы купить ей подарок: Полине нравилось, когда дарил трусики, пояски, чулочки, но в свете последних событий… Лучше не напоминать о нижнем белье. Поэтому решил заехать за цветами и в ювелирный. В Mercury еще можно было выбрать что-то приличное, подходящее для королевы.
Я купил роскошное колье на шею. Полина любила такое: тонкая бриллиантовая сетка, россыпь сверкающей росы.
Крупные серьги камни-капли в комплекте. Цена умопомрачительная, но для жены мне никогда не было жалко денег. Просто как-то так вышло, что Полина никогда у меня ничего не просила. Ее можно было смело назвать Маргаритой. Та самая, булгаковская: она ни о чем не просит тех, кто сильнее и богаче; они сами дают, просят, руки целуют. Я тоже все готов ей отдать. С ней, кстати, точно был уверен, что со мной не из-за материального достатка.
Полина любила меня, а не статус и деньги. Любила… Но любовь ведь не проходит по щелчку пальцев! Полина любит, просто обижена. Мы поговорим и починим то, что сломали.
— Привет, — поздоровался, когда жена открыла. Такая домашняя, родная, моя. Только смотрела, как на чужака.
Я не знаю тебя… Ты не мой Марат…
Стану ее! Обязательно стану! Только и ей нужно снова обернуться в мою Полюшку. Такой колючий надменный взгляд…
— Я понимаю, что это жутко пошло, — кивнул на алый веник.
Меня клятвенно убеждали, что это лучшие розы в Москве! — Но я с подарками.
Полина молчала. Чуть обернулась, вглядываясь в уютный полумрак, затем вышла, захлопнув дверь.
— Мне ничего не нужно. Хотя, возможно, цветы Лиане, — улыбнулась холодной чужой улыбкой. — От тебя, Марат, жду только справедливого развода.
Я стиснул челюсти. Но молчал. Пускай, она просто пока кипит. Это пройдет, все проходит. Остынет девочка. Обязательно.
— С детьми поговори, помирись.
