— Поля, иди уже ложись, — свекровь сжала мою руку. — Столько дней бегаешь, занимаешься… Хватит, дай себе отдых. Поплачь…
Я слабо улыбнулась и моргнула, смазывая сухие красные глаза. С тех пор как попрощалась с папой в морге — я не плакала. Я должна была быть сильной, заниматься организацией, достойно держаться. На меня смотрели и ориентировались мои дети. Если я сломаюсь, они тоже не выстоят.
— Скоро пойду. Вы тоже ложитесь. Поздно уже.
Мама Жанна тяжело поднялась. Я успела погладить ее руку и сказать спасибо.
Она мне очень помогла. Всем нам. Бывают же люди с большим сердцем, только это не всегда ценят по достоинству, а иногда эгоистично используют в своих целях.
Оставшись одна, дала волю заледеневшим в груди слезам, тихому и горькому рыданию. Плакала, пока тугой комок в горле не ослабил давление. Один год. Всего один! А столько потерь, разочарований, изменений.
Я достала телефон и смахнула звонки, только один номер меня интересовал. Я должна поблагодарить Пашу. Он поддержал. Это было совсем не обязательно, но приятно, что есть люди, ничего тебе не должные, которым не все равно.
Для которых ты имеешь значение. Я важна. Именно я.
Я: Спасибо…
Я не ждала ответа, поздно уже, но он пришел:
Паша: Не спится?
Я: Ага
Паша: Мне тоже
Я: Что делаешь?
Паша: Думаю
Паша: О тебе
Я молчала. Несколько раз порывалась написать или даже набрать его номер. Писала, затем стиралась. Звонила и тут же сбрасывала. Я ведь тоже думала: обо всем и о нем тоже…
Паша: Я тебе нужен?
Он ведь прилетел ради меня: чтобы мне подставить плечо, если оно понадобится, а если нет, то это мой выбор.
Сейчас я могла решить, что мне действительно нужно. Кто необходим моему застывшему сердцу. Чье тепло отогреет.
Я не ответила на сообщение, но вызвала такси. Внутри все такое черствое, сухое, стылое, а я живой быть хочу! Любить хочу! Нужной быть хочу! Как женщина. Просто женщина без титулов и регалий. Может плохая, может не такая, не оправдывающая чужих ожиданий, но я должна себе нравится в зеркале.
В первую очередь себе!
До Хилтона по ночным дорогам такси домчало за двадцать минут. Мой телефон молчал: Паша больше не спрашивал, а я… Все, что хотелось сказать, скажу лично.
Я постучала в 507 номер. Это Пашин. Он говорил, что если понадобится, то могу приходить в любое время. Мне нужно. Теперь да.
— Да, — ответила, как только открылась дверь. — Нужен.
Я абсолютно не готовилась к встрече с мужчиной: заплаканное лицо, блузка и джинсы, обычное белье.
