Секс, когда любимая жена рядом, а с любовницей щекочешь нервишки — вообще спорное удовольствие. Все остальное вообще чистый мазохизм. А беременность… Ну Поля же не хочет! Пусть радуется, что не буду ее терроризировать этим вопросы. Ребенка придется принять, другого выбора у нее нет!
Я выкроил себе перерыв между встречами с клиентами и приехал в ресторан. Тимур на обед пригласил, что-то срочное у него. Следующего клиента как раз сюда направил, чтобы время грамотно распределить.
— Здорова, — побратались с другом. Он выглядел саркастично обеспокоенным.
— Дружище, я вообще с вестями к тебе. Плохими.
Я нахмурился. Что еще могло случиться? У меня по всем фронтам какая-то засада. Я, конечно, храбрился, что все порешаю, но ребенок с другой стороны одеяла — не пустяк. Мне еще отцу об этом сказать нужно. Он, ясное дело, аборты осуждал открыто и только за принятие закона, запрещавшего женщинам убивать детей в утробе. Я в этом плане не настолько радикален: сначала нужно создать условия, чтобы женщина не боялась рожать, а потом требовать.
У нас в диаспоре женщинам, даже если забеременела вне брака, помогали. Кто-то, может, и порицал в душе, что нагуляла ребенка, но не клеймили открыто позором и не требовали избавиться от пятна на семейном древе. А если наш пострел из татар постарался и потом шел в отказ — женили. Но у меня ситуация такова, что девушка, которая беременна от меня, шлюха. Не просто другой веры и национальности, а еще и туповатая блядь. Это даже не оскорбление, это констатация факта. Моему отцу много лет: ему одного взгляда на нее хватит.
Ну, мой косяк. Но ни жене, ни родным не обязательно с ней встречаться!
— Твой роман с девчонкой, я так понимаю, не закончился? Или у тебя новая шлюха?
Меня резануло замечание на фоне моих же мыслей. Камилла блядь, и все об этом знали.
— Она не шлюха, — с улыбкой поправил. — Она моя постоянная девочка.
Звучало отвратительно, но не признавать же, что я дебил. Даже перед другом как-то стыдно.
— Ты ж собирался с ней разойтись, как жена вернется.
За чем дело стало?
— А ты с какой целью интересуешься?
Я категорически не любил, когда лезли в мою жизнь. Не важно отец, брат, друг. Про женщин вообще молчу: мать никогда не могла указывать мне, с кем спать, кого любить, на ком жениться.
— Давай, колись. Вас Геля видела.
— Да ебаный в рот! — ударил кулаком по столу. Я же всегда был осторожен! Блядь! Ладно, можно еще выкрутиться, главное, понять, когда и что. — Что именно видела?
— Достаточно, — уверенно кивнул.
