Какая злая ирония.
– Тебе что? Не страшно совсем? Когда этот чудик из подвала выпрыгнул, меня прямо нормально так дернуло, – подается ко мне Арсений, улыбаясь, и будто между прочим кладет свою ладонь на мою.
Замираю, косясь на наши соединенные руки. Вот сейчас меня точно дернуло, да…
Чужое прикосновение тяжелое, немного влажное и какое-то очень значительное. Заставляет думать, решать.
Вот что мне делать?
Арс – хороший, он мне очень приятен…как человек.
И он не кинет меня на следующий день точно – его неоспоримое преимущество.
Надо пробовать, да?"
"От напряжения сводит плечевые мышцы. Вцепляюсь пальцами в подлокотник, будто по-другому руку на месте не удержать, и, подняв глаза, вежливо улыбаюсь Арсу в ответ.
А он смотрит на меня…с заботливой нежностью. И ожиданием. Бесит.
– Ты такая задумчивая, Лиз, – шепчет, подаваясь совсем близко. Вкус его мятной жвачки почти на моих губах, – Все хорошо?
– Тш-ш-ш! – недовольно шипит мужик прямо за нами.
И я готова расцеловать этого нервного борова за то, что Арс недовольно закатывает глаза, но садится ровно в своем кресле, переставая давить на меня своей слишком очевидной близостью.
Как бы между прочим и руку высвобождаю из-под его руки якобы для того, чтобы отпить из стаканчика с колой, которая кончилась еще на сцене убийства какого-то лесоруба еще минут двадцать назад.
Но Арс ведь об этом не знает, да?
Для убедительности громко тяну через трубочку подтаявший лед.
– О, мать моя! Что ж за свинья… – страдальчески ворчит мужик сзади.
Арс возмущенно косится на него, но молчит, поджимая губы. А мне становится интересно – Лютик бы что-нибудь сказал? И хочется высыпать оставшийся лед себе на голову за то, что об этом думаю.
Вообще пойти в кино было отличной идеей.
Арс предлагал посидеть в ресторане. Но там бы пришлось с ним разговаривать, а именно на это я сейчас способна не была. Пялиться в мелькающие картинки с орущими и куда-то бегущими людьми проще. В это время можно попытаться все обдумать и заодно сделать вид, что вы отлично проводите время вдвоем.
Только у меня вот ни черта не получалось ни первое, ни второе.
