— С условием, что не разочаруемся со временем!
— Assolutamente [4]! He хочешь немного сыра к фруктам?
— А знаешь, хочу, — удивленно ответила она.
Слегка похлопала себе по животу. — Похоже, свежий воздух привел мой желудок в норму.
— Или сознание того, что будущее постепенно проясняется.
— Могу признаться, мысль войти в большую семью меня воодушевляет. После маминого ухода я часто чувствую себя одиноко. — Подвинувшись, она освободила ему место на пиджаке рядом с собой. — Расскажи мне еще о сестрах. Они старше или моложе тебя?
— Бианка моя ровесница — ничего удивительного, потому что мы двойняшки, — замужем, двое детей.
Мальчику, Стефано, семь, а девочке, Пие, три. Ее муж, Энрико, юрист, занимается юридическими вопросами фирмы, а также организует деятельность миланского филиала. У нас несколько виноградников в Ломбардии. Франческе двадцать пять, она пока не замужем. Работает с матерью в Калабрии — административные дела, ведение бухгалтерских книг и тому подобное. У нас около семидесяти наемных работников в Калабрии и еще порядка тридцати в Милане.
— Ты уверен, что в такой занятой семье найдется место для меня?
— Они будут счастливы принять тебя в свое лоно, сага, — сказал он, надеясь, что говорит правду. Каждая итальянская мать хочет, чтобы сын подарил ей одного-двоих bambino [5].
— Прямо сейчас могу предложить только одного, если осилю, конечно. — Она скорчила очаровательную гримасу, сморщив носик, и взглянула на золотые часики, пришпиленные к отвороту пиджака. — Между прочим, через двадцать минут у меня клиент.
— Я провожу тебя до офиса.
Не пререкаясь, как непременно сделала бы раньше, она собрала остатки трапезы в сумку, стряхнула прилипшие травинки с пиджака и протянула его Бенедикту."
"— Я рада, что пришла сюда. Место чудное, и есть что-то успокаивающее в звуках падающей воды.
— В моем доме на Сицилии, — сказал он, подойдя поближе и обняв ее за талию, — и днем и ночью слышны звуки прибоя, набегающего на берег. Тебя будет убаюкивать серебристый лунный свет, от которого по земле тянутся длинные тени, а будить яркий солнечный, смешанный с запахами вербены и розмарина с жасмином.
Она прижалась к нему, позволив ему положить подбородок ей на макушку.
— Звучит идиллически. Можешь ты обещать, что и брак будет таким?
— Нет, сага, — пробормотал он, поворачивая ее к себе. — Самое большее, что я могу обещать, что приложу все усилия для этого. Мы неизбежно будем попадать в шторма, но после обязательно будет штиль.
