Все закономерно, ведь причиной их брака, как ей неоднократно объяснялось, стала ее злосчастная беременность. Тогда откуда эта внезапная пустота в груди, такое чувство, будто у нее что-то украли?
— В Милане нас встретит вся семья? — спросила Касси, молясь, чтобы этого не было. Девять часов пути, в каких бы комфортабельных условиях путешествие ни совершалось и сколь ни удобна была бы одежда, не красят женщину.
— Нет. Там будут только Бианка и Энрико. Я уже объяснял, с тем местом, где проживает моя семья, прямого воздушного сообщения нет.
А Милан почти в тысяче километров от Калабрии. Маме и Франческе нет смысла пускаться в такой дальний путь, если они все равно увидят тебя на следующий день. — Бенедикт зевнул и прикрыл глаза. — Попробуй поспать, Кассандра. У тебя была два трудных дня — вчера перелет из Сан-Франциско в Нью-Йорк, теперь этот! Ты, должно быть, измучилась.
Измучилась? — подумала она, отворачиваясь от него и пытаясь сдержать слезы. Не правильнее ли сказать — лишилась последних иллюзий? Да кто они такие, его драгоценные родственники, которые считают себя вправе осуждать ее, даже не видя?
— Кассандра говорит по-итальянски? — спросила Бианка.
— Два-три слова, не более: ciao, grazie, arrivederci. To, что у всех на слуху. Достаточно, чтобы быть вежливой, но не поддерживать разговор.
— Бенедикт, чем ты думал, когда вез ее сюда сейчас? Ты представляешь, как примет ее моя мать?
Он пожал плечами и продолжал идти. Вечер для марта был удивительно мягким. Тропинки парка загородного дома сестры, находящегося в часе езды от города, манили к прогулкам.
Деревья и масса цветов, уже начинающих распускаться, радовали глаз.
— Бианка, позволь мне сегодня расслабиться.
Завтра будет время побеспокоиться относительно матери. Ты прекрасно знаешь, что я справлюсь с ситуацией независимо от ее реакции на мой брак."
"— Особо не обольщайся, тем более теперь. Сестра нежно взяла его под руку. — Не хочу сразу обрушивать на тебя скверные новости, но она меняется день ото дня. Боюсь, что по сравнению с твоим предыдущим визитом ее поведение и общая ситуация кардинально ухудшились.
— Не верится, что такое возможно. Работников уже тогда можно было по пальцам пересчитать. Я им всем хорошо заплатил, а по приезде обещал неплохие премии.
— Насколько я знаю, остались немногие. Остальные ушли. Хуже того, недовольство распространилось и на кухонную прислугу, и на тех, кто содержит в порядке дом. Серджио на этой неделе уволился, а значит, и его жена с дочерью тоже.
