Возможно ли склеить разбитую чашку? Кассандра права: не всегда поступки говорят за себя, иногда есть и другие способы сообщить о своих намерениях и чувствах.
— Как вы полагаете, она собирается вернуться назад? — спросил он.
В следующий миг череда совершенных им ошибок промелькнула перед ним. Тысячу раз она намекала ему, что любила бы его, если б он только позволил, но он отвергал всякие авансы.
Теперь, не способный более сносить неизвестность, он уже был готов признать, что расстояние между ними выросло в неодолимую пропасть, когда кончики пальцев, легкие, словно дуновение ветерка, коснулись его плеча.
— Я думаю, она предпочтет остаться со своим мужем, — ответила она.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
— Я не собиралась покидать тебя, Бенедикт.
Просто почувствовала, что у меня не остается иного выбора, — сказала она, сдерживая подступающие слезы. — И я не виню тебя за вчерашнее, быстро добавила она. — Ты не отвечаешь за поступки матери.
Не выпуская из рук ее ладонь, он занял место за ее столом.
— Я отвечаю за тебя, — страстно возразил он.
Отвечаю за моего ребенка.
— Ты не можешь всегда стоять между мной и грозящей мне опасностью. Никто не может. И на случай, если ты не заметил, я в состоянии сама о себе позаботиться. ""
— Предельно ясно, — откликнулся он. — Ты неповторима. Я так боялся потерять тебя.
— Я уже говорила тебе, Бенедикт, — в том, что случилось, нет твоей вины.
— Косвенным образом есть, — мрачно настаивал он. — Мне надо было раньше додуматься, что жизнь под одной крышей с матерью к добру не приведет.
Касси склонилась к нему, погладила по щеке, желая стереть тревогу с его лица.
— Я так рада, что ты приехал за мной. У меня чудесные новости.
Он недоверчиво покачал головой, но уже почти улыбался.
— Что чудесного можно извлечь из почти произошедшей трагедии?
— Много чего, — ответила она. — Вчера я побывала в больнице. Мне сказали, что для моего срока все идет замечательно.
Он повернул голову, чтобы поцеловать ее ладонь.
— И?
— И я слышала и видела нашего малыша. А прошлой ночью я чувствовала его шевеление.
Порывшись в сумке, она достала снимки результатов ультразвука, протянула их ему. — Первые фотографии твоего сына, Бенедикт.
— У нас мальчик? — Его рука дрогнула. Она едва не разрыдалась, заметив восхищение, с которым он разглядывал расплывчатое изображение. И он здоров?
— Абсолютно!
Он провел ногтем по глянцевой бумаге.
— Нам так повезло, сага! Просто невероятно повезло!
— Да, — мягко согласилась она. — Доктор счел мое состояние превосходным.
