Унитаз тоже заграничный. «Мойдодыр» фирмовый, из пластика под мрамор. Венера наполнила ванну, взбила пену. Всыпала в воду какой-то порошок.
– Этот яд как, через кожу впитывается? – прикололся Ролан. – Или воды надо хлебнуть...
– Сам ты яд!.. – хмыкнула Венера.
Растормозилась баба, осмелела.
– Морская соль это. Очень хорошо расслабляет...
– А мне расслабляться нельзя, – усмехнулся он.
– Так что, воду слить?
– Я сам тебе солью... Со мной посидишь...
Зона научила его никому не доверять. Да и без того он бы не доверился Венере.
Неизвестно, что у нее на уме. Вроде бы и стелется перед ним. А возьмет да звякнет Авроре или напрямую самому Волоку. Тогда жди похоронную команду.
– Ты что, не доверяешь мне? – догадалась она.
– А вдруг ты своей сестренке про меня сболтнешь?
– Я что, дура?
– Не знаю... Ну, если не хочешь со мной, иди на кухню...
И все же глупо держать Венеру на поводке. Она может позвонить тому же Волоку, когда Ролан будет спать. А спать он собирался у нее...
– Но учти, я без боя не сдамся.
..
Он достал из-за пояса пистолет, демонстративно клацнул затвором. Положил ствол на полочку для шампуней и прочей фигни. Руку с положения лежа далеко тянуть не надо.
– Если вдруг шухер, хату твою в крепость превращу. До последнего отстреливаться буду. А стрелять я умею. Жаль, ты этого не увидишь. Потому что первой ты на очереди будешь...
– Да что ты, никому я про тебя рассказывать не буду! – Венера испуганно вжала голову в плечи. – Тем более Авроре...
– Почему тем более?
– Потому что у вас любовь была.
А мне это не нравилось...
– Думаешь, по новой закрутится?
– И не надейся... А все равно не хочу, чтобы Аврора про тебя знала.
«Не надейся...» Да Ролан и не надеялся. Прошла любовь, завяли помидоры. Зато махровым цветом расцвела злая крапива... Ладно, если бы Аврора за кого-то другого замуж вышла. Но то, что с Волоком спуталась, этого Ролан ей не простит... И Венеру он не прощает. Но спать с ней будет...
– И не надо ей знать, – кивнул он. – Никто не должен знать, что я у тебя.
..
Ролан стал раздеваться. Стянул свитер, рубаху, майку. Венера не уходила.
– Что это? – удивленно посмотрела на его грудь.
Татуировку заметила. Да и как не заметить, если вся грудь в «орденах». Крупных размеров лев на фоне средневекового оружия – меча, булавы, топора, лука со стрелами. Сила и власть. Не всякому позволено накалывать себе такой знак. Только лагерным авторитетам. А Ролан, считай, таковым был. Хотя законным вором так и не стал.
