Я опустила ладони, но он поймал их и погладил подушечками пальцев.
– Все еще веришь, что я могу создавать свет, Касс?
– А ты все еще не рискнул попробовать? – не удержалась я.
Шархат фыркнул и вдруг улыбнулся светло и непривычно.
– И все же мне жаль, что тогда меня так неожиданно отправили с Таира, и мы… не увиделись. Возможно, наша жизнь повернулась бы иначе.
– Сильно сомневаюсь, что тогда я мог бы тебе хоть что-то дать.
– Только не говори, что это ты устроил так, что меня отправили на Шиасу! – рассмеялась я, но увидела взгляд Шархата и поняла, что… это так и есть.
Охнула, неверяще потрясла головой.
– Слушай, как ты такое вообще смог провернуть? Уж раскрой эту тайну! – не выдержала я.
– Пообещал начальнице приемника год без срывов и не применять силу нигде, кроме как на тренировках.
От удивления у меня даже открылся рот. Я вытаращила на мужчину глаза и рвано выдохнула.
– Ты… ты… зачем…
– Касс, я не всегда мог тебя защитить. У меня был переходный возраст. Способности только набирали силу.
Случались срывы. Единственное, что я мог сделать – это найти для тебя безопасное место.
Сердце тревожно кольнуло.
– Спасибо.
– Касс, да сколько можно меня благодарить-то?
– Остальные на твоем месте не сделали бы ничего. Им было почти все равно, что случится с двенадцатилетней девчонкой, потерявшей даже память о родных и не умеющей себя защищать.
– Так ничего и не восстановилось?
Я потрясла головой, чувствуя, как на глаза снова набегают слезы. Да что же это за день такой! Или это так действует на меня ощущение безопасности, что я позволяю себе слабость?
– Мне жаль, – мягко и сочувствующе сказал Шархат.
Я вытерла глаза.
– Так ты на Таир полетела, надеясь узнать хоть что-то о своих родных, да?
– Да. Начальница приемника должна что-то да знать… Она была единственной ниточкой.
– Я попрошу Ренара просмотреть ее архив. Возможно, действительно остались какие-то сведения.
– Правда? Спасибо!
Шархат фыркнул и закатил глаза.
– Что не так?
– Признаться, меня никто столько не благодарил, сколько ты, Касс.
Я невольно улыбнулась и коснулась его руки.
– А твои родители… они умерли, да? Ты не ответил на этот вопрос тогда, в катакомбах, а после в больнице, когда я спросила нар Маркуса, он сказал, у тебя никого нет.
Шархат закаменел, затем посмотрел в глаза.
– Касс, они не умерли. Просто от меня отказались.
– Что?
Я была поражена до глубины души.
– Как такое возможно?
– Как-как… Во мне проснулся дар. Способность третьего уровня, Касс.
