Медленно. Видя, как ты откликаешься на мои прикосновения и поцелуи. И когда тебе не больно.
Я уставилась на него, все еще не веря услышанному. Он издевается, что ли? Или пытается стереть из моей памяти наш первый раз, случившийся в неподходящих условиях? Да разве такое забудешь? И зачем?
Вдохнула поглубже, успокаиваясь, насколько это возможно в состоянии разгорающегося огня.
– Шарх, давай уже признаем, что по-нормальному это не про нас. А если вдруг про нас, то не здесь и сейчас. А когда-нибудь потом.
Да, когда-нибудь точно потом.
Когда у меня от его взгляда перестанут подгибаться колени и заходиться в бешеном ритме сердце. Когда по коже не будут бежать покалывающие искры, грозя спалить дотла.
Тогда да, можно попробовать его «по-нормальному».
– Касс, послушай…
– Нет, Шархат, это ты послушай, – я взяла его лицо в свои ладони. – Я хочу, чтобы ты был собой. Настоящим. Не сдерживающимся. С поганым характером.
– То есть все настолько плохо? – ехидно уточнил он, но за этими словами пряталось совсем иное чувство.
Так знакомое мне.
Уязвимость.
– Ты говорил сегодня, что я нужна тебе любая, кем бы не была и не оказалась. Вот и я… Я выбрала тебя именно такого, какой ты есть. И мне другого не надо. Слышишь?
– Огненного монстра? – уточнил Шархат, моментально вспыхивая пламенем.
Блики заплясали по стенам, и огненный шторм заискрился в его глазах, меняя их оттенок.
– Нужен и таким? – зачем-то уточнил он.
– Да.
Пламя утихло, и я улыбнулась.
– До чудовища ты явно не дотягиваешь, – уверенно заявила я, – Слишком хороший, – и укусила его нижнюю губу.
От этого игривого прикосновения нас обоих пронзило огнем.
– Касс, – выдохнул Шархат. – Сними платье.
– Что? – прошептала в ответ, не особо вдумываясь в сказанное.
– Спалю ведь.
То есть кто-то на грани, но все равно упорно сдерживается? Сдерживается, потому что боится разрушить то, что между нами есть.
Нежность раскрылась внутри меня дивным цветком, и я прижалась к своему мужчине. Обнимая, оплетая, согревая этим невероятным чувством.
Шархат напрягся, тут же отстранился. Два шага назад, от меня, и смотрит, как голодный волк зимней ночью.
Я завела руку за спину, нащупав застежку.
Плавясь от взгляда, полного страсти и предвкушения, медленно потянула молнию вниз.
Есть в этом что-то запредельное – раздеваться перед своим мужчиной и чувствовать себя желанной. Только для него. Самого любимого.
Платье соскользнуло, запуталось в ногах. И я тут же оказалась прижата к Шархату и задохнулась от поцелуя.
