Мой опасный

Замирает напряженный, каменный весь. Только грудная клетка ходит ходуном, да хриплое дыхание со свистом вырывается сквозь зубы у нас обоих.

Сдавливает меня крепче, носом ведет по виску.

— Ди моя… Я сейчас… Почти успокоился. Сейчас…

Потом он резко отстраняется, так, что я чуть не падаю, теряя равновесие. Но Хард помогает мне. Хвостом…

— Свет, — хрипит он, прикрывая глаза, словно борется с собой.

Вспыхивает несколько светильников под потолком.

И я его отлично понимаю в этот момент. Сама едва не прыгнула в пропасть вслед за ним.

То, что он делает со мной… это что-то страшное, и притягательное до жути. Мы были с ним этой ночью… и теперь мне очень хочется повторить…

Как бороться теперь со своими чувствами, желаниями? Невозможно же совершенно! А как рихты могут свой гон контролировать? Мне даже представить страшно, что сейчас там у Харда внутри творится.

Он медленно открывает глаза, и я тону в черной беззвездной бездне.

Нам обоим полный звездец. Простреливает в голове. Но разговор нужен.

— Хард, — прокашливаюсь я, отмечая, что взгляд у него проясняется постепенно.

Мне тоже становится немного легче. Когда я подключаю технику специального выравнивающего дыхания. Так, спокойно, Ди. Разговор. Помнишь? Отлавливаю свои разбежавшиеся мысли.

— Я хотела сказать “спасибо”, что вступился за меня сейчас, но…

— Но? — удивленно поднимает он бровь.

— Но не делай так больше, пожалуйста, если я не прошу, — выдохнула на одном дыхании свою сложную просьбу.

— Просто подумай, Хард. Ты назначил меня своим заместителем. Так?

Хард медленно кивнул. По его глазам было понятно, что ему очень не нравится то, куда завернул наш разговор.

— А теперь скажи, как я могу отдавать приказы и что-то выстраивать в команде, если ты не дашь мне проявить себя? Постоянно будешь вступаться и делать мою работу за меня? Как я смогу сама работать? Меня же никто ни во что ставить не будет, — я облизнула пересохшие губы, с радостью отметив, что Хард задумался.

Но потом он упрямо мотнул головой, дернул жестко хвостом.

— Я буду вмешиваться, Ди, если посчитаю это нужным. Я не буду игнорировать угрозу моей самке. Не смогу. Да никто из рихтов не сможет. Ты предлагаешь невозможное, — смотрит на меня с мрачной решимостью.