Мой орк

Кто они такие, чтобы свободно выбирать, с кем быть, как жить! Фаргар вожак, она – дочь правителя, всегда будут те, кто попытаются помешать. Но Тайли понимала, это сейчас спокойно рассуждается с холодной головой, а стоит появиться орку, стоит дотронуться до нее, как чувства снова возобладают."

"В полдень по приказу вожака к ней пришел воин, принес ведро воды и котомку, из которой Тайли достала рыбину, завернутую в доросли. Видимо другого здесь нет. Да и разве сравнится Карстовый лес по изобилию живности и растений со здешними пустошами.

Ибар тем временем направился прямиком к старейшине Шигатану, в его шатре как раз заседали остальные старейшины.

– Приветствую, гэр Шигатан, – склонил голову воин. – Могу я обратиться к тебе с просьбой.

– Чего ты хочешь, охотник? – старый орк встал из-за стола, другие сразу замолчали и с интересом уставились на юного воина.

– Близится ночь Дакены. И я хотел бы попросить вас, уважаемые старейшины, допустить на праздник одну женщину.

– Она что, не достигла зрелого возраста? О какой женщине ты говоришь? – Шигатан нахмурился сразу.

– Я говорю о пленнице.

На что орки переглянулись между собой, вот чего-чего, а такого услышать они никак не ожидали.

– Ты верно умом тронулся, Ибар, – покачал головой Шигатан. – Ночь Дакены – это великий праздник, в эту славную ночь рождаются крепкие пары.

– Я понимаю твое беспокойство, но позволь сказать еще. По когуму катаганам запрещено держать наложниц, а по другому когуму в племени не должно быть одиноких женщин. За девушкой всегда стоит или семья, или близкая родня. За пленницей же никого. Любой орук может в ночи навестить ее шатер, даже вожак, ибо он проявляет к ней особые знаки внимания.

– О чем ты толкуешь? Какие знаки внимания?

– Девушка волнует нашего вожака, а сколько она здесь еще пробудет – неизвестно. Стоит ли подвергать опасности честь невесты бэр Фаргара, да и честь пленницы, все ж она хрупкая женщина, несмотря на принадлежность к другому виду.

– Знаешь, Шигатан, – заговорил второй старейшина, – в словах охотника есть здравый смысл. Пока воины клана будут решать, что делать с буштой, может пройти много времени.