Тонкие очки в золотистой оправе, в ушах поблескивают сережки-гвоздики, его улыбка белоснежна, как и его джемпер, и я улыбаюсь в ответ."
"- Я не знал, что ты сегодня возвращаешься, Анюта, - говорит Марк мимоходом, когда мы после темноты подъезда оказываемся под палящим июльским солнцем.
Слушаю его голос, скупой на эмоции, словно даже их он взвешивает и отмеряет, как свое рабочее время планирует, он сам весь ходячий тайм-менеджмент, снаружи и изнутри.
Но вместо того, чтобы закатить скандал, напомнить, что виделись мы последний раз год назад, когда он по делам свалил из России я говорю:
- Я тоже не знала.
- Обоюдный приятный сюрприз, - Марк открывает дверь белой Ауди без верха.
Потерянно сажусь в кресло, как же я его машину не заметила во дворе.
Он садится рядом. Сдает назад, рулит по расплавленному на жаре асфальту и смотрит на меня.
- Почему мама нам счастливого пути пожелала? - нервно поправляю волосы. В уме со скоростью света прокручиваю варианты, куда он меня везет и представляю, что это.
..не знаю. В Турцию, в бухту ""Долину Бабочек"". На маяк в Шотландию. В заброшенный город в Мачу-Пикчу. На водопад в Бразилию.
Я кажется разум теряю в его присутствии до сих пор.
Идиотка.
- Это не нам, мне счастливого пути, - поправляет Марк. Выруливает на проспект, не отрывая взгляда от дороги поясняет. - Ты же знаешь, второе образование я получаю в институте твоей мамы. Германская культура, - озвучивает он мне и без того известные факты его биографии.
Молчит. И я понимаю уже, что весь этот бред про романтичные места планеты, что в моих мыслях крутился - сейчас на голову мне обрушивается, убивает меня. - Так вот, - продолжает Марк. - Меня пригласили в Мюнхен.
Он берет футляр с черными очками, убирает туда свои золотистые, и даже теперь, когда его взгляд скрыт, непроницаем, он все равно смотрит на дорогу.
- Надолго? - сама не слышу своего голоса, такой тихий он.
- Пока не знаю, - Марк запрокидывает голову, подставляет лицо ветру.
- Неизвестно ещё, как наше сотрудничество пойдет, но если все получится...
- Высади меня, - сбрасываю ремень безопасности.
- Аня.
- Ты сам как думаешь, это нормально? - не сдерживаюсь, поворачиваюсь к нему, сдергиваю с его лица черные очки. - Год назад меня выпустили из этого дурацкого пансиона, и год я тебя жду!
- Тон сбавь, - он бросает быстрый взгляд на меня.
- Да пошел ты.
- Аня, - он хватает меня за руку, когда я тянусь к ручке.
