А в беседку, минуя родителей завалились Антон с Владом. Оба в один шортах, волосы мокрые, на лицах бескрайняя безмятежность, именно так выглядят люди, что находятся в равновесии с собой, предвкушающие завтрашний день, именно на эти открытые улыбки все и тянутся.
И я тоже, смотрю и слушаю, как мама нудным голосом педагога отчитывает их:
- Вы купаться ходили или чем заниматься? Чем от вас пахнет?
- Ничем, мам, - отмахивается Антон и стягивает из тарелки с нарезкой кусочек ветчины.
- А что за запах вы чувствуете, Лиза? - Влад плюхается на лавку рядом со мной.
Задевает меня бедром, и я вздрагиваю, у него мокрые шорты, или купался в них, или надел на мокрые трусы.
Невольно скашиваю глаза вниз и слегка двигаюсь в сторону, смотрю на чёрную резинку, обхватывающую загорелые крепкие бедра, кожа то ли в мурашках, то ли в капельках воды, и мне от этого зрелища становится жарко.
- Купальник взяла, Анна? - он поворачивается на меня."
"- А тем и пахнет, Влад, - вклинивается мама и наклоняется над столом, чтобы никто не слышал, как она отчитывает этих двоих.
- Антону ещё нет восемнадцати, ты взрослее, и должен понимать, что оказываешь дурное влияние.
- Мам, да все нормально, - Антон увлеченно поглощает нарезку. - Выпускной же.
- Это не повод вести себя, как...
Отключаюсь от ее голоса, смотрю в экран телефона.
Виконт больше не написал, последний раз в школе.
И я тоже не пишу, вчитываюсь в наше прошлое и сомневаюсь, ведь все началось с сообщения ""не приезжай, если не хочешь, чтобы мы снова оказались в одной постели"".
Значит, либо у него есть женщина, и он писал это ей. Либо...
- Твоя отличная успеваемость не оправдывает твои выговоры за поведение, Влад, - несёт маму, она повышает голос. - Меняйся, если хочешь дружить с Антоном.
- Изгоняя своего демона, не избавься от лучшего в себе, Лиза, - Влад встаёт с лавки.
- Ты как со мной разговариваешь? - она моргает.
- Это ведь не я, это Ницше.
Бросаю быстрый взгляд на него.
И смотрю по сторонам.
Вон там у мангала жарит мясо Кирилл. А вон там на плетёной качельке сидит Марк, разговаривает по телефону.
Неподалеку пристроилась стайка хихикающих девушек, не знают, с какого бока к нему пристроиться.
Смотрю на переписку с Виконтом.
И кручу перстень.
Мама профессор в институте Германской культуры, но они не проходят Ницще, ведь он не занимался развитием законов, только лирикой, зато его обожает мама.
И учение его знают все, кто с ней знаком, даже я.
Смотрю на переписку, на Влада, на Кирилла, на Марка.
