На улице душно-жарко, и еще не поздно сходить на озеро, пока не стемнело, поплавать, голову в порядок привести, перестать думать про Виконта, ведь я сейчас не сдержусь, сама ему напишу.
В ванной умываюсь и переодеваюсь в купальник, влезаю в платье.
Домики хорошие, с ремонтом, а вот задвижки на дверях по старинке, массивные. Изо всех сил тяну дверь на себя и пытаюсь открыть, ногой упираюсь в стену, двигаю большой шпингалет.
И когда он с грохотом поддается и дверь распахивается - меня по инерции тащит вперед, в коридор.
На скорости влетаю в чье-то твердое тело, об эту преграду бьюсь и останавливаюсь.
Сдуваю волосы со лба.
- Все же взяла купальник, Анна? - мужские руки держат меня за плечи, а сам Влад смотрит вниз. - Очень сексуально.
Тоже смотрю на свое бледно-желтое нижнее белье, которое только что сняла и краснею, пытаюсь смять ткань в кулаке и дергаю плечами, высвобождаясь.
- Ты себя не по возрасту нагло ведешь, красавчик, - вскидываю голову."
"Мои слова у него улыбку вызывают, ведь я смотрю на него, такого огромного, снизу вверх.
- Чем тебя не устраивает мой возраст? - он сует руки в карманы шортов, тех самых, в которых купался, он в белой обтягивающей майке, на пляжного спасателя похож, как в фильмах показывают, он вместе с Антоном поступает в мамин институт и ругаться с ней не боится, и он, правда, красавчик из тех, кто нарочито небрежен, улыбается так, словно мыслям своим каким-то, а не мне, задумчиво, чуть иронично. - У нас пуританская страна, но мы же не в прошлом веке живем, Анна.
Тебе просто нужно расслабиться.
- А тебе понять - что бабники давно не в моде. Вот так по пятам ходить и...
- Я в туалет шел. И если ты с дороги отодвинешься - завершу маршрут.
Машинально отступаю в сторону.
Он заходит в ванную и хлопает дверью.
Качаю головой и поднимаюсь в комнату, убираю белье в сумку, подхватываю полотенце, телефон.
Глупо получается, и это все Виконт виноват, он меня своими сообщениями из колеи выбил, заставил на окружащих мужчин смотреть, общаться с ними, я после пансиона и их чудовищного полового воспитания еще год отойти не могла, сильный пол воспринимала, как проклятье рода человеческого.
Выхожу на улицу и вижу Марка. Он сидит на ступеньках, под зад положил какую-то картонку, брюки боится испачкать.
Усмехаюсь и сбегаю вниз, плюхаюсь рядом.
- Мы же на природе, - напоминаю, когда он поворачивается ко мне. - Даже если замараешься - ничего страшного.
- Я дитя города, - он улыбается и убирает в карман телефон.
