Я стала лучшей, первой пианисткой в городе и очень востребованной. У меня появились деньги и поклонники, меня закидывали букетами, дарили дорогие подарки, которые я выкидывала, ведь на все это мне было плевать! Мне никто не был больше нужен. Среди всех зрителей в зале я всегда искала глазами его. Моего монстра, который раньше любил слушать, как я играю, но Беса не было. Этого чертового демона не было ни на одном моем концерте! Уже через пару недель ни дня не проходило, чтобы я не вдыхала этот порошок, который начала покупать регулярно.
Он все также действовал превосходно, и мне становилось лучше. Я играла еще больше, почти не спала и не ела. Мне не хотелось. Я блистала. Меня печатали на всех журналах. На удивление, даже с таким ритмом жизни, у меня была шикарная фигура. Даже не скажешь, что родила малышку. Разве только грудь стала больше на размер и бедра чуть шире, в остальном же я осталась худенькой и хрупкой, и я научилась это использовать. Нет, не для денег и славы, мне было плевать на это.
Для него только. Для моего палача все это делала.
Меня красили и одевали, фотографировали, и я с радостью на это шла. Я хотела Бесаева приманить. Чтобы он нашел меня, и тогда…я смогла отомстить за свою боль сполна.
***
— Синицына, еще одна такая выходка, и ты уволена! Не посмотрю, что у тебя уже толпа фанатов.
— Не уволите! Я нужна вам. Вы на мне деньги зарабатываете."
"Гаркаю на всеми уважаемого концертного директора Григория Викторовича. Да, у нас с ним испортились отношения после того, как я начала этот чертов порошок использовать.
Он делал мне лучше, но вместе с тем я начала срывать концерты. Не могла выступать. Просто руки уже отказывались давать по тридцать концертов в месяц, ездить по фотосессиям и еще каким-то встречам, которые уже были одинаковыми для меня, и я делала все на автомате. Я просто хотела светиться, и делала для этого все. Бес никак не появлялся, и я лепила себя на все журналы, лишь бы выманить зверя, чтобы потом убить.
— Дура, возьми уже себя в руки! Ты точно не туда идешь.
Я не знаю, что там за трагедия личная у тебя, но Ася то, что ты делаешь, не игрушки! Ты такая талантливая, но сама же губишь себя!
— Идите к черту! К черту вас всех! Кричу на него, и тогда директор громко хлопает дверью гримерки. У нас с ним короткий разговор и да, я научилась огрызаться, как последняя тварь.
Кажется, аж кости трещат от злости, и красная помада выпадает из моих рук, едва я успеваю докрасить губы.
