А там решишь…
Покрепче беру телефон в руку и выхожу из палаты, пока Женя разбирает подарки. Их так много, что бедняжка до сих пор со всеми не справилась. И это к счастью.
Не хочу, чтобы Златогорский услышал мою дочь и начал задавать вопросы. Вообще не хочу, чтобы он как-либо о ней знал.
— Алло, — отвечаю строго и недовольно. — Соскучился уже?
— Безумно, — звучит ленивое в ответ. — Фотографии твои пересматриваю и платочком слезы утираю, — театрально шмыгает носом в трубку, но, столкнувшись с моим молчанием, переходит к причине звонка.
— Я быстро. У меня примерно через час будет окно в расписании. Юристы уже подготовили новый договор для меня и твоего салона. Подъедешь, подпишем за обедом? Ресторан на твой выбор, но не японская и не вьетнамская кухня!
— Не получится.
— Почему? — недоумевает он.
— За час не успею доехать ни до одного ресторана, — хмыкаю на его вопрос и без лишних игр оповещаю. — Я в Питере.
— Улетела уже? — спрашивает не своим голосом. — Ты же говорила, что…
— Планы изменились, — развожу руками.
"
"— Тогда завтра встретимся, — бросает он. — Тоже буду в Питере.
— Ага, — киваю и уже хочу отключиться, но за секунду до того, как я собираюсь нажать кнопку сброса, Златогорский вновь подает голос.
— Рада, — зовет он меня.
— Что?
— Давай встретимся сегодня ночью? — предлагает он, вызывая у меня недоумение. — Я прилечу раньше.
— Зачем нам встречаться ночью, Никита Сергеевич? — интересуюсь, голосом и обращением давая понять, что я с ним собираюсь общаться лишь по деловым темам.
— Дела можно и днем решить.
— Мне Ира рассказала о твоем близком человеке, — озвучивает он, и я закатываю глаза. Так и знала, что не сможет она язык за зубами держать. Хорошо, что особо ничего ей не сказала. — Я могу помочь. Но у меня есть условия.
— Условия? — переспрашиваю.
— Да, — отвечает он. — Обговорим их сегодня?
— Наберешь, и я скажу. Я пока не знаю, — бросаю в трубку и отключаюсь, прежде чем он что-то мне скажет еще.
Даю себе минуту прийти в себя после разговора и лишь после этого захожу в палату к дочери.
Но улыбка уже не такая счастливая.
В голове не угасает картинка, когда я пришла сказать ему, что беременна, а он сказал, что не готов. А когда я поинтересовалась, что будет, если я уже беременна, он сказал, что рано и он пока не видит себя отцом.
А теперь я не вижу его отцом. Он тогда, а я сейчас.
— Никита сказал, что может помочь, но у него есть условия, — озвучиваю для сестры, потому что вижу вопрос в ее взгляде.
