— Хорошо. Значит, я буду вынуждена поставить вопрос о вашем исключении из гимназии. Мы предупреждали и вас, и ваших родителей…
— Маму… — пискнула девочка.
— И вашу маму, — согласилась директриса, сводя красивые брови на переносице, — что если ситуация с вашим поведением не изменится в лучшую сторону, нам ничего не останется, кроме как пойти на самые крайние меры.
— Исключение… — вздохнула Лилечка, закусывая театрально подрагивающие губы.
Оксана прикусила щеку изнутри.
Ее губы тоже дрожали, но совсем по другой причине. Её забавляла Лиля Веселая. Она трогала что-то внутри. То, что давно заледенело и не подавало признаков жизни. Актриса…
— Вот именно. Исключение. Сейчас мы пытаемся связаться с вашей матерью, но пока безуспешно…
Белокурый антихрист вздохнул еще тяжелей. Дернул за оторвавшуюся манжету. Оксане было страшно представить, в какую сумму влетал родителям первоклашки ее гардероб — у той бесконечно что-то рвалось, пачкалось и терялось.
Лиля Веселая приходила в гимназию, как модель с обложки журнала, а уходила, как жертва кораблекрушения.
— Вы не сможете с ней связаться, — печально развела ладонями девочками, — она в Милане.
Глаза Оксаны расширились. Она взялась за трубку телефона, чтобы связаться с секретарем, но у Лилечки заурчал животик. Женщина сверилась с часами на запястье. Ну, конечно. Уже обед! А ведь из-за сорванных уроков дети сегодня даже не завтракали.
Оксана встала из-за стола, прошла через кабинет и склонилась над небольшим холодильником, скрытым за панелью добротной деревянной мебели. С собой у нее был один только творог. А где-то еще хранились печеньки.
— Ешь! — сказала она, ставя перед девочкой баночку и пододвигая коробку Бельвиты.
Лилечка еще раз театрально вздохнула. Огромная хрустальная капля сорвалась с ресниц и упала на фарфоровую нежную щечку. Сердце Оксаны сжалось, несмотря на то, что она прекрасно знала — это игра.
Веселая просто пытается в очередной раз ее разжалобить. Скажете, семилетний ребенок не может быть настолько коварным? Ха! Это ведь не вашу гимназию поджигали… дважды за один только прошлый семестр!
Дверь кабинета открылась. Внутрь смерчем ворвалась Паулина Сергеевна. Её лучшая учительница младших классов. Высокая тощая, как палка, старая дева неопределенного возраста.
