Может быть, даже еще и кредит не выплатили.
— Кажется, тебя это не слишком радует.
— Скажем так, я считаю, что мужчины его возраста уже сами должны оплачивать собственные игрушки. Но Игорю этого не понять. Он никогда и ни в чем не знал отказа.
Оксана вышла из машины прежде, чем Матвей нашелся с ответом.
Брат Оксаны был совсем на нее не похож. Широко улыбаясь, он пожал Матвею руку и представил жену. А потом открыл заднюю дверцу, чтобы помочь выбраться сыновьям. Один, второй, третий… Заметив удивление, очевидно, проступившее на лице спутника сестры, Игорь улыбнулся.
Вскинул ладони вверх:
— Это все! Честное слово.
Оксана с Матвеем переглянулись и рассмеялись. Старший из мальчишек подскочил к ней и принялся тараторить о чем-то своем, важном. Так, шумной толпой, они и ввалились сначала в подъезд, а потом в тесную прихожую. Разувались по очереди и проходили в комнату, где уже был накрыт стол.
— Ой, какие цветы! Это вам Оксана, наверное, подсказала, что я ирисы люблю? — восторгалась Надежда Александровна, — Влад! Владик, ну, что ты там сидишь?! Дети пришли! Оксаночка с молодым человеком…
Из гостиной выглянул полный лысеющий мужчина.
Матвей протянул ладонь — рукопожатие было крепким.
— Матвей Веселый.
— Владислав Ильич.
— Да вы проходите, не толпитесь в дверях. Всем нужно разуться! Алина, давай мне Стёпушку. Ой, кажется, он опять подрос! Таня, Таня… Что скажешь? Подрос Степушка?
— Таня — это мамина сестра, — шепнула Оксана, — готовься, сейчас начнется…
— Что именно? — шепнул на ухо Матвей.
— Увидишь, — как-то невесело вздохнула Оксана и, выпрямив плечи, обреченно шагнула в комнату.
Ну, это было не плохо. Даже занятно в какой-то мере. Если бы Матвею не было так сильно обидно за свою женщину. Он ведь даже не сразу понял, о чем она говорила. Ну, шумно, да, ну, вопросов много. Так ведь это, наверное, нормально, когда в компании новый человек? А потом дошло. И стало понятно…
— Они всегда тебя донимают? — спросил уже в машине на обратной дороге домой.
Может быть, они, конечно, уехали неприлично рано, но продлевать пытку Оксаны у Матвея не было никакого желания.
— Заметил?
— Это было совсем нетрудно.
— Всегда, — вздохнула Оксана. — Но сегодня особенно. Твое присутствие их возбудило, — добавила, криво улыбаясь. — Ну, а что? Раньше обсуждали мою неустроенную жизнь, бездетность…
— Это было самое мерзкое.
— Да уж… Что? Почему ты так на меня смотришь?
— Думаю, пошлешь ли ты меня, если я кое-что спрошу.
