А пока держи!
И он протянул мне очередные «чаевые»: упаковку «Скитлз». Я вдруг почувствовала себя совсем маленькой и вспомнила те времена, когда бабушка с дедушкой приезжали к нам в гости и привозили сладости.
– Что он тебе дал? – спросил Игорь, когда я подошла к барной стойке.
– «Скитлз», – похвалилась я. – Тебя угостить?
Игорь рассмеялся:
– Меня такой детский сад не интересует! Оставь такие чаевые себе. За конфетки комп не соберешь.
Я пожала плечами:
– Счастье ведь не только в деньгах.
– Ага, оно еще и в конфетах, – усмехнулся Игорь.
В рабочей суматохе и из-за сегодняшнего совсем не забавного розыгрыша с рыбой я совершенно забыла про Олесю. Все это время она была вне поле моего зрения. Однако, когда кухня после завтрака опустела, я расслышала жалобное всхлипывание. Оглядевшись, обнаружила в углу Олесю. Она сидела на полу, обхватив колени руками и уткнувшись в них лицом.
– У тебя что-то болит? – осторожно спросила я.
– Ах, да что у меня может болеть, кроме разбитого сердца! – воскликнула вдруг Олеся, не в силах сдерживать рыдания.
Я присела перед ней на корточки.
– Что случилось? Чем я могу тебе помочь?
Олеся подняла на меня полные слез глаза.
– Ничем мне уже не поможешь… – громким шепотом ответила она.
Я снова посмотрела по сторонам. С минуты на минуту сюда должен был войти Мих Мих. Его женскими слезами точно не разжалобишь. Еще и нагрузит лишней работой.
– Ты завтракала? – спросила я.
– Мне сейчас кусок в горло не полезет, – жалобно протянула Олеся.
– Пойдем к нам в каюту или хотя бы на свежий воздух.
А то Мих Мих обязательно прикопается к нам.
Но Олеся продолжала сидеть на полу, как тряпичная безжизненная кукла.
– Вставай! Я тебя посвящу в тайну, – пошла я на хитрость.
– В какую еще тайну? – снова исподлобья посмотрела на меня Олеся.
– Ты ведь слышала про рыбу, которую сегодня подкинули в кровать Дарине?
– Ну да, Дарина на весь коридор об этом орала. И за завтраком.
– А я, кажется, теперь знаю, кто нас изводит. Только нужно в этом убедиться.
– Ты возьмешь меня с собой на дело? – все-таки загорелась Олеся. У нее даже слезы на глазах высохли. А я чуть не рассмеялась: «взять на дело» очень громко прозвучало.
– Можно сказать и так, – согласилась я. А про себя подумала: «Нужно ведь как-то отвлечь тебя от рыданий». В том, что дело касалось того туриста, с которым Олеся целовалась в коридоре, я не сомневалась.
Взявшись за руки, мы перебежками покинули ресторан, чудом не попавшись на глаза Мих Миху.
