Мой плен

"

"— Я просто хотела спросить… — растерянно выдавила я, лихорадочно пытаясь сообразить — что я вообще спросить то хотела? — Вы… действительно передали записку моим родителям?

Я затаила дыхание, а мужчина слегка склонил голову и отозвался недовольным тоном:

— Думаешь, я стал бы шутить по этому поводу?

Я некоторое время смотрела на него, пытаясь пропустить через себя противоречащую своим ощущениям информацию. Кажется, этот ответ ничего не прояснил, а еще больше меня запутал.

— Нет… я не думала, что вы… — Выдавила я, пряча взгляд.

Мужчина слегка поджал губы и перевел взгляд на экран ноутбука.

— Оставь благодарности, я не стал бы этого делать, если бы в этом не было моего интереса.

Неприятная волна иголками спустилась по телу. Я впилась в бандита напряженным взглядом, не в силах справиться с тревогой, которая слилась со страхом за родителей

— Что… Что это значит? — настороженно спросила я.

— Значит, что для ментов, которые разводят шорох за тебя — это отличный повод замять дело.

Я пропустила стягивающую волну замешательства, паники и жгучей досады. Болезненное осознание задавило все мои мысли, пропуская по нервам только один импульс — я сама себя закопала! Сама себя лишила скорее всего единственной возможности выбраться!

Осев на стуле, я устремила отчаянный взгляд в пространство.

— Поверь девочка, для тебя же лучше, чтобы это было так. — Услышала я снисходительный голос.

Нахмурившись, я недоверчиво взглянула на мужчину.

— Меньше проблем с ментами — меньше внимания к твоим родителям. — Резонно пояснил он, глядя на меня в упор.

Я потупилась и нервно сцепила руки.

— Только не делайте вид, что вам есть хоть какое-то дело до моих родителей… — Выдавила я, стараясь проглотить застрявший в горле ком.

— Нет. — Ответил он просто. — Но их судьба должна заботить тебя!

Я в недоумении покосилась на бандита пытаясь разглядеть в его непробиваемом виде хоть что-то человеческое!

Понимая, что в каждом шаге этого мужчины была цель или свои интересы, я воспринимала его странную попытку меня «успокоить» — прозрачным лицемерием! Да — безопасность родителей была гораздо важнее, но после этой новости внутри образовались болезненные развалы и горький пепел рухнувших надежд.

Тяжелый ком все крепче стягивал горло, от жгучего чувства несправедливости и безвыходности.