Мой прекрасный враг

Однако Сашка, видимо, у себя в комнате вынашивал план мести, потому что сработало все превосходно, словно по сценарию. Как, спросите вы? Рассказываю.

Сперва мы встретили бабулю с дядей, обменялись любезностями, дружелюбными репликами, а через полтора часа уже сидели за столом. Саню тоже заставили выйти, как бы он там не отбивался. Ну и запах еды, видимо, дал свое, потому что брат налетел голодным волком на мясо с солёностями. А когда наелся, началось:

– Кстати, а вы в курсе, что Полинкина подружка курит? – выдал этот змееныш.

Я едва не подавилась помидором, который пыталась прожевать.

– Какая подружка? – удивилась мама. Бабушка даже вилку отложила, уставившись на меня через призму своих очков. У нас в семье все чертовски правильные, ну, кроме маленького бесенка, что крутил ложку в руках.

– И мне интересно, какая подружка, – пытливо прищурившись, уставилась на брата.

– Какая-какая? Тонька. Сколько раз она домой не приходила ночевать?

– Тонечка курит? – теперь уже и мама отложила приборы.

На самом деле, Миронова курила тайно.

И, не дай бог, ее родители бы узнали, посадили бы под домашний арест на все январские каникулы, а то и на всю жизнь. Отец у Тоньки был строгий, человек он военных нравов: утром качал гантели, ни пил, ни курил, ел только полезные, в его понимании, блюда, и дочку старался держать в узде.

Тоня же была полная противоположность папочки: в ней жила бунтарка, готовая кинуть вызов любым запретам, скорее из вредности, конечно, чем от чистосердечного желания. Говорят же, чем больше запрещаем, тем сильней тянет.

Подруга моя была ярким примером этому правилу. Собственно, я и сама-то узнала про сигареты пару месяцев назад.

Случайно подловила ее на заднем дворе здания перфака возле курилок, где обычно собирались мальчишки. Думала, Тоня ищет себе очередную жертву для свидания, а она вовсю дымила. Мы с ней немного поспорили, на этот счет мнения у нас конкретно расходились. Однако я дала обещание – держать язык за зубами. Непонятно только, откуда мой братец об этом пронюхал?.

.

– Ну… – помялась, врать не хотелось, пусть я и не одобряла выбор подруги.

– Полина, – нахмурилась мама. Губы ее поджались, глаза сделались радарами, вот и как под таким напором сохранять молчание?..

– Погодите, – заявил Сашка, приподнял майку и, надо же, вытащил мой драгоценный дневник. А с каким удовольствием он его открыл, начал перелистывать страницы, надо было видеть."

"Дневник я вела класса с шестого, нравилось мне делиться самым сокровенным с бумагой.