Мой сосед - оборотень

— Диана, давай я тебе дам большие чаевые, и ты пойдёшь домой, — негромко пробасил Благояр.

Его ладонь сжалась на моей кисти. Большим пальцем мужчина осторожно пригладил кожу, вызывая во мне непонятную дрожь.

Впившись взглядом в моё лицо, он ждал ответ.

— Нет, — не знаю, откуда во мне взялась эта гордость. — Я претендую только на то, что заработала.

Осторожно выдернув из захвата руку, поспешила к следующему столику.

Нет, этот вечер нельзя было назвать спокойным.

Как назло, народ повалил в бар.

Бегая по залу, я только и успевала, что подносить стаканы, наполненные хмельным напитком.

Не доверяя своей памяти, тщательно записывала заказы и старалась ничего не напутать.

В ушах стоял такой гул, что слова разбирать сложно было.

Ближе к полуночи в бар завалилась подвыпившая компания ведунов. Не местные: видимо, чужаки в город прибыли. Они вели себя развязано, шумели и гремели посудой. На их столе я засекла спиртное, которое явно приобретено было не здесь. Тихо шепнув об этом хозяйке, подметила озабоченность на её лице.

Но мы решили смолчать. Всё-таки они сделали неплохой заказ, принимать который, отстранив меня, отправилась сама ведьма Ирма. Ну и не последнюю роль сыграл тот факт, что завтра, скорее всего, в нашем городе их уже не будет.

Ведуны были мною быстро забыты. А зря.

Протискиваясь между столиками, почувствовала на своей талии чьи-то руки. Мгновение и я оказалась сидеть на коленях неизвестного мне мужчины.

— Глянь, что поймал, — раздалось надо мной. — Спелая сочная козочка.

Тряхнув головой, сообразила, что влипла в компанию этих самых заезжих.

Все отпрыски ведьминского рода славились своим распутством.

— А ну, пусти, — рявкнула я и попыталась встать.

Не вышло, чужак схватил меня за грудь и больно сжал.

— Ух, какая горячая девочка, — мужчина склонился. Мне в нос ударил кислый запах перегара.

— Не тронь, — схватив его за запястье, попыталась вырваться.

— Чего ерепенишься?! Я же только познакомиться, — мокрые губы прошлись по моей шее.

Мои глаза от злости покраснели.

Да толку. Нет у меня второго лица, и не было никогда.

— Ты глянь, а она к обороту неспособна, — проорали рядом, буквально с соседнего стула. — Прелесть какая, дайка её мне.

Я не успела ничего сообразить, как меня дёрнули за руку. Слетев с одних колен, приземлилась на другие. В ягодицы мне упёрлось что-то твёрдое и пульсирующее.

— Какая крошка, — и снова мерзкий рот на моём затылке. — Сколько тебе заплатить, чтобы ты отошла со мной за уголок.