Что, если все будет так же как и с Глебом? Может, стоит попросить сменить позу?
Андрей входит так резко, глубоко и неожиданно, что я не сдерживаюсь — громко вскрикиваю и забываю как дышать.
Мужчина замирает во мне и не двигается.
— Я серьезно, Настя, никакого шума, — его горячее дыхание обжигает мне кожу, а шепот заводит еще больше. Я чувствую как во мне пульсирует его член, чувствую напряжение Андрея и то, как трудно ему сейчас сдерживаться. — Неважно как сильно ты хочешь кричать, неважно насколько сильно тебе хорошо, неважно в каких позах и как долго я буду тебя трахать — сегодня ты будешь очень тихой.
Хоть один громкий звук и я останавливаюсь. Поняла меня?
— Да, черт тебя подери! Можешь перестать уже читать мне нотации и начать двигаться? — шиплю я и кусаю его за нижнюю губу.
Я закрываю глаза, полностью растворяясь в своих ощущениях. Андрей резко погружается в меня, задерживается всего на секунду и медленно выходит, а потом снова и снова повторяет эти движения.
Я подставляю свою шею под его поцелуи, обвиваю ногами его бедра и каждый раз, когда по его мнению вскрикиваю слишком громко — он останавливается. Останавливается, доводя меня до бешенства. И наслаждается этим.
— Нет, нет, нет, пожалуйста, я больше не буду, — прошу его в который раз, потому что внизу живота нещадно жжет. И он снова наращивает темп. А потом неожиданно переворачивает меня на живот, подкладывает под бедра подушку и резко входит сзади.
Одной рукой он с силой сжимает меня за талию, а второй — закрывает мне рот ладонью. Потому что удержать стоны удовольствия просто невозможно.
Я и не знала что это может быть так. Горячо. Первобытно. Жадно и грязно. Я кусаю его ладонь, оставляя следы от зубов. Стону и чувствую как его каменный член скользит внутри меня. Мое сознание рисует миллионы непристойных картинок, представляя как он погружается в меня и блестит от влаги, а от тихого мужского голоса, который шепчет на ушко всякие пошлости — утаскивает в пропасть порока окончательно.
Меня накрывает волной удовольствия Так внезапно, что на какое-то время я, кажется, глохну. Перед глазами пляшут искры, виски пульсируют, дыхание сбилось. Андрей в последний раз врезается в меня, выходит и изливается на поясницу. А потом падает рядом, пытаясь восстановить дыхание.
Мы не говорим ни слова.
