Наверное, я вылила столько слез, что ими можно было бы затушить горящее здание.
Глава 39
Тася
Я чувствовала себя никчемной вещицей, на которую можно взять и поспорить ради горстки каких-то костей. Никогда прежде не ощущала себя настолько паршиво. Никогда.
Вспомнила, каким храбрым был Костя, когда вышел из машины и, взяв биту, пошел на тех отморозков.
Потрясающая актерская игра. Достойна Оскара.
Костя завернул этот спор в красивый фантик и выставил себя героем. А я как наивная дура решила, что и в наше время существуют рыцари на белом коне, готовые ради меня рисковать жизнью…
Спасибо Тимуру, что открыл мне глаза.
Иначе я бы до конца дней считала, что Костя спас мне жизнь, и не догадывалась, какие хитросплетения вились вокруг всей этой героической истории.
Я поочередно трезвонила папе, Кате, Тимуру, чтобы хоть кто-то пролил свет на то, какие последствия повлекла за собой драка в универе. Тимур не отвечал, папа сбрасывал вызов, затем прислал сообщение «Я на совещании», и отключил трубку.
Катя, по всей видимости, была с ним, так как тоже игнорировала мои звонки.
Все, что я могла ― сидеть дома, размазывать по щекам слезы и наполнять вселенную мольбами, чтобы Тимура не посадили в тюрьму за нанесение тяжкого вреда здоровью.
Если б я только знала, в какое отделение полиции его увезли, то была бы уже там.
Я готова была свидетельствовать в его защиту и доказывать, что у него были все основания съездить по лицу Морозову. Я желала добиться справедливости.
Чтобы папочка ― генерал узнал, кто подослал в наш поселок отморозков, которых искала вся московская полиция.
И тут я задумалась: а искала ли?
Что, если Костя соврал, что их вообще искали? Ведь я полностью доверилась ему, и наша семья не влезала в это расследование, положившись на связи его отца…
Тогда тем более мы не должны молчать! Пусть его отец узнает, в какие игры играет его сынок и накажет по всей строгости закона!
― Господи, хоть бы Тимур отделался административным наказанием и штрафом, ― всхлипнула я, расстроившись из-за него не на шутку.
Я услышала мотор машины. Выглянув в окно, увидела, как паркуется «татуированная» иномарка Тимура и, выскочив из комнаты, бросилась вниз.
Я застала его в прихожей, снимающим кроссовки.
― Тебя отпустили?― спросила я, осторожно проходя в прихожую.
― Как видишь.
― Что тебе будет за драку?
― Ничего, ― вешая на крючок куртку, ровным тоном ответил он.
― В смысле? ― нахмурилась я.
